Любовь и мечты
Чья милость каждый лепесток цветёт.
Хвала Творцу, что в сердце положил
Огонь любви, что вечно светит нам.
Любовь — не страсть, не пламень юных дней,
Но отблеск вечности в душе твоей.
Мечты — как птицы в утренней заре,
Их стаи кружат в Божьей высоте.
Ты скажешь: "Это только сон, мечта",
Но в снах душа прозрачнее, чем роса.
Любимая — как солнце средь миров,
Её глаза — два райских родника.
Когда взгляну в те очи — вижу сад,
Где ангелы поют про вечный клад.
Мы с ней — как две молитвы в вышине,
Что слились воедино при луне.
Её улыбка — утренний рассвет,
В нём тайны все, что знает этот свет.
Любовь — корабль, а мир — морская гладь,
Плывём мы к Богу, не страшась преград.
Мечты — как волны, бьются о борт,
Но наш союз крепче, чем небосвод.
В её объятьях — целый мир вмещён,
Как в капле воды — отраженье звёзд.
Она — кибла моя и святая Кааба,
В её чертах — божественная слава.
Мы с ней молимся в храме тишины,
Где слышен глас самой души весны.
Любовь — не цепь, а крылья для души,
Чтоб улететь от суеты земной.
Мечты — как свечи в сумраке ночей,
Они горят в ладонях у Творца.
Когда её коснусь — пою как соловей,
Что розе объясняется без слов.
Она — моя молитва, мой намаз,
В ней слышен отзвук вечных голосов.
Любовь — не рабство, а благодать,
Что учит сердце вечно расцветать.
Мечты — как письма, что пишу Творцу,
В них вся душа, как в утреннем письме.
Мы с ней — как две строки в одном стихе,
Что повторяет ветер на заре.
Её дыхание — как зефира дух,
В нём аромат божественных садов.
Любовь — не пламя, что сжигает нас,
А свет, что очищает душу враз.
Мечты — как облака в лазури дня,
Они плывут, не зная бытия.
Она — мой смысл, моя святая Рух,
В ней отраженье Божьего лика.
Мы с ней — как две свечи перед Творцом,
Наш свет сливается в один костёр.
Любовь — не страсть, а вечный зов,
Что слышен сквозь вселенский гул веков.
Мечты — как звёзды в вышине ночной,
Они горят, хотя и далеки.
Она — мой рай, моя земля и небосвод,
В ней вся вселенная живёт.
Мы с ней — как два ручья в одном потоке,
Что мчат к океану вечной любви.
Любовь — не то, что можно взвесить,
Она — как воздух, что нельзя увидеть.
Мечты — как тени на стене,
Но в них — вся истина о Боге и мне.
Так слушай, друг, что скажет Салих вновь:
"Любовь — есть путь, а Бог — есть вечная любовь".
Комментарии от автора к маснави «Любовь и мечты»
1. Восхваление Творца (бейты 1-2)
Суфийский смысл: Традиционное начало маснави с хвалы Аллаху отражает принцип «таухида» — единства Бога. Любовь представлена как божественный дар, а мечты — как отражение творческой силы Творца.
Мистика: «Огонь любви» — отсылка к кораническому описанию духа (Рух), который Аллах вдохнул в человека.
2. Любовь как путь к Богу (бейты 3-8)
Философия:
Любовь — не эмоция, а состояние души, приближающее к вечности (ср. с учением Ибн Араби о «совершенном человеке»).
«Мечты — как птицы» — намёк на мистический полёт души (символизм птицы в «Мантик-ут-Тайр» Аттара).
Суфийская символика:
Глаза возлюбленной как «райские родники» — отражение хадиса: «Аллах прекрасен и любит красоту».
«Две молитвы» — единство земного и небесного, подобно дуальности «захир» (явное) и «батин» (скрытое).
3. Возлюбленная как символ Бога (бейты 9-16)
Мистика:
«Она — моя кибла» — в суфизме земная любовь часто становится направлением к Богу (как у Хафиза: «Любимая — моя религия и вера»).
«Свет, очищающий душу» — отсылка к кораническому «Нур Аллаh» (Свет Аллаха, 24:35).
Духовность:
Образ корабля (бейт 10) — метафора «салика» (пути суфия) через бурный океан мира (дунья).
4. Мечты как мистические откровения (бейты 17-24)
Суфийский подтекст:
«Соловей и роза» — классический символ любящей души (соловей) и Божественной истины (роза).
«Письма Творцу» — намёк на «латаиф» (тонкие духовные центры в суфийской антропологии).
Философия:
«Облака, не знающие бытия» — идея «фан;» (исчезновения эго в Боге).
5. Единство в любви (бейты 25-32)
Глубинные смыслы:
«Две свечи в один костёр» — единство душ в Боге, как у Руми: «Любящий и Возлюбленный становятся одним».
«Рух» (дух) — термин из Корана (32:9), обозначающий божественную искру в человеке.
Заключительный бейт:
Имя «Салих» (араб. «благочестивый») подчёркивает, что я, как поэт — лишь проводник истины, а не её источник.
Свидетельство о публикации №125040107386