Развивая К. Ваншенкина
МАЛЬЧИШКА
Инне
Он был грозою нашего района,
Мальчишка из соседнего двора,
И на него с опаской, но влюбленно
Окрестная смотрела детвора.
Она к нему пристрастие имела,
Поскольку он командовал везде,
А плоский камень так бросал умело,
Что тот, как мячик, прыгал по воде.
В дождливую и ясную погоду
Он шел к пруду, бесстрашный, как всегда,
И посторонним не было прохода,
Едва он появлялся у пруда.
В сопровожденье преданных матросов,
Коварный, как пиратский адмирал,
Мальчишек бил, девчат таскал за косы
И чистые тетрадки отбирал.
В густом саду устраивал засады,
Играя там с ребятами в войну.
И как-то раз увидел он из сада
Девчонку незнакомую одну.
Забор вкруг сада был довольно ветхий –
Любой мальчишка в дырки проходил,–
Но он, как кошка, прыгнул прямо с ветки
И девочке дорогу преградил.
Она пред ним в нарядном платье белом
Стояла на весеннем ветерке
С коричневым клеенчатым портфелем
И маленькой чернильницей в руке.
Сейчас мелькнут разбросанные книжки –
Не зря ж его боятся, как огня...
И вдруг она сказала:– Там мальчишки...
Ты проводи, пожалуйста, меня...
И он, от изумления немея,
Совсем забыв, насколько страшен он,
Шагнул вперед и замер перед нею,
Ее наивной смелостью сражен.
А на заборе дряхлом повисая,
Грозя сломать немедленно его,
Ватага адмиральская босая
Глядела на героя своего.
...Легли на землю солнечные пятна.
Ушел с девчонкой рядом командир.
И подчиненным было непонятно,
Что это он из детства уходил.
1951
Позже доводилось наблюдать немало реальных историй такого рода и их однообразных последствий. А тут вот кто-то поместил его в фейсбучной группе «Лучшие стихи любимых поэтов», где оно вызвало шквал восторженных комментариев, главным образом – ностальгической тональности. Неоднократно и с достаточно близкого расстояния наблюдая подобные истории в реальной жизни – не удержался:
…Прошли недели, месяцы и годы.
Он вырос, как репейник на ветру.
И не давал по-прежнему прохода
Любому, кто ему не по нутру.
То весело в разнузданном разгуле,
А то угрюмей птицы марабу –
При ней стоял в бессменном карауле,
Её ревнуя «к каждому столбу».
Не вписываясь в нудные порядки,
Он не пошёл ни в ВУЗ, ни на завод.
И отбирал не мелочь и тетрадки,
А – крышевал торгующий народ.
Он жил с бесцеремонностью тарана,
Не признавая термина «запрет».
Он буйствовал в шикарных ресторанах,
Он устилал ей розами паркет…
Неутомимо жертвуя собою
Она не знала термина «покой»,
И роскошь принимала, и побои,
Что раздавал ей щедрою рукой –
Простив ему измены и скандалы,
Ни слова поперёк не говоря…
А овдовев – безудержно рыдала.
И жизнь считала прожитой не зря.
Свидетельство о публикации №124070106288