Мишка татарин

                Моим  односельчанам,
                павшим  и  живым.
На  детство  наше  годы  выпали  суровы.
В  голодной   и,  почти  разрушенной,  стране.
Ещё   не  выплакали  слёзы   матери  и вдовы,
За  теми,  кто  навек  остался  на  войне.
В  селе,  весной  той,    буйно   зеленели  травы,
По-над   домами,  вдоль  дороги  всей.
Здесь  проходили    наши  детские  забавы.
И,  с  одногодком  Васькой,  мы  пасли   гусей.
В  тот  день,  обычный, от   соседа  за  калитку,
Мужчина  вышел.   Неизвестно,  кто  такой.
И,  раз  за  разом,  повторив  попытку,
Нас   подзывал  к  себе,  махая  нам  рукой.
Пиджак,  героя  этого,   украсили  награды.
Он  молод,  но  седой. Незнамо  сколько  лет.
Мы,  безусловно,   были   очень  тому  рады,
Что  он  в  ладошки  наши  насовал  конфет.
Он  на  колени  нас  садил  и  обнимался.
Шептал  слова,   на  непонятном  языке.
И  странно  было  видеть, что  когда  он  улыбался,
Скользили  слёзы   по  морщинкам   на  щеке.
«Приехал  погостить  ко  мне  однополчанин».
Сосед  нам,  дядька  Костя  объяснял.
«На  наш лад -  Мишка.  Он  крымский  татарин.
И  всю  семью  свою  в войну  он  потерял».
Из  впечатлений  детства    в  памяти  остались.
Те   встречи  с  Мишкой.  Вспоминал  я  иногда.
Узнал,  когда   десятки  лет  промчались,
О  депортации  татарского  народа,  в  те  года.
Весной,  когда  весь  Крым  освободили.
Объявлены  врагами  были,  стар  и  мал.
Народ  в  товарные  вагоны  загрузили
И  увезли  куда-то,  спешно,   за  Урал.
Сначала  радовались,  что  не  расстреляли.
Потом  прокляли  всё,  когда  в  пути
Вагонами  в  дороге   люди  умирали.
И  невозможно  их   могилы   никогда   найти.
Досталось  всем,  и  горя  и  страданий.
И  лиха, чаша  горькая,  испитая   до   дна.
За  жертвы,  понесённые,  не  будет  оправданий.
Будь  ты  навеки   проклята, война!
Фёдор  Балев                4.03.2023г


Рецензии