Червь-завоеватель

                Автор Эдгар Аллан По
                Перевод с английского
                Юрия Деянова.

О, ночь, торжественная – диво!
         Игра последних лет.
Ночлег здесь ангелов, красиво,
         Глядят из тьмы на свет.
Следя, в слезах, за пантомимой 
    Надежд и страшных бед,
Оркестр звучит, до дрожи, мило,
          То музыка планет.

И мимы все, подобье бога,
         Бормочут, говорят.
Туда – сюда летят с тревогой
        Так куклы там спешат.
И кто-то там за тёмной ширмой
        Меняет сцены вид
И ко;ндор взмахи сделал шире,
      Крылами он страшит.

О, эта драма – ну конечно,
     Мы не забудем мим.
За тенью гнаться, то беспечно,
     Их свет неуловим.
И сколь не мчись по кругу быстро,
     Начальный путь же  - смех.
В нём ужас царствует артиста,
            Безумие и грех.
   
Но посмотри, кровавый образ
         Меж мимами ползёт.
Сжимаясь, тут же, выпрямляясь,
         Он движется вперёд.
Всё дальше, дальше – пожирая,
           На сцене играков   
И горько ангелы рыдают,   
      Увидев жор и кровь.

Но гаснет, гаснет свет лучистый,   
      В том зале над толпой.
Спадает занавесь, неистов,
      Шквал бури роковой.
И бледны ангелы и прямы   
     Кричат снимая грим,
Что «Человек» названье драмы,
     Но «Червь» стоит над ним.
            ***

        Edgar Allan Poe
      The Conqueror Worm

LO! 'tis a gala night
    Within the lonesome latter years.
An angel throng, bewinged, bedight
    In veils, and drowned in tears,
Sit in a theatre to see
    A play of hopes and fears
While the orchestra breathes fitfully
    The music of the spheres.

Mimes, in the form of God on high,
    Mutter and mumble low,
And hither and thither fly;
    Mere puppets they, who come and go
At bidding of vast formless things
    That shift the scenery to and fro,
Flapping from out their condor wings
    Invisible Woe.

That motley drama--oh, be sure
    It shall not be forgot!
With its Phantom chased for evermore
    By a crowd that seize it not,
Through a circle that ever returneth in
    To the self-same spot;
And much of Madness, and more of Sin,
    And Horror the soul of the plot.

But see amid the mimic rout
    A crawling shape intrude:
A blood-red thing that writhes from out
    The scenic solitude!
It writhes--it writhes!--with mortal pangs
    The mimes become its food,
And seraphs sob at vermin fangs
    In human gore imbued.

Out--out are the lights--out all!
    And over each quivering form
The curtain, a funeral pall,
    Comes down with the rush of a storm,
While the angels, all pallid and wan,
    Uprising, unveiling, affirm
That the play is the tragedy, ``Man,''
    And the hero, the Conqueror Worm.
              ***


Рецензии