И откуда музыка такая...
Мы опять не узнаём друг друга,
встретившись на улице пустой.
Для чего ж нужна ещё Калуга?
Только ради истины простой:
чтобы мы друг друга узнавали
даже в непролазной толчее.
А теперь кругом такие дали!
И такая боль сквозит в плече!
***
Вечный снегопад в субботу утром –
музыка и белый-белый свет.
Я бы мог заняться чем-то путным,
только смысла никакого нет.
И откуда музыка такая –
никому её не сочинить –
без помех в меня перетекая,
что-то хочет в жизни изменить.
;
***
А снегопад – и в марте снегопад,
сегодня выбелит – а завтра будет завтра.
Куда ты рвёшься вьюга невпопад,
совсем не в духе середины марта.
Тебе плевать на календарный строк,
поскольку за него другой в ответе.
Поговорим – но как невнятен слог –
и кто поймёт его на белом свете...
***
Потихонечку бьётся посуда,
исчезают запасы тепла.
А недавно заметил – отсюда
торопливая жизнь утекла.
Даже тень её исподволь тает,
не поможет и сотня охран.
Как спокойно секунды считает
до сих пор непочиненный кран.
;;
***
Мне всё скучнее знать, что происходит в мире,
кто прав, кто виноват и в чём их споров суть.
Пишу, как динозавр, который скоро вымрет,
поскольку всю судьбу он знает наизусть.
Мой стиховой скелет найдут в другом эоне,
очистят от трухи и поместят в музей.
Пусть чудо разгадать старается учёный.
Пусть чудищу сему дивится ротозей.
***
Мой град допотопный, мой бред до утра –
глазастыми шоу дыша.
Мне здесь – не трудись – ни кола, ни двора,
ни лежбища, ни шалаша.
Я там, где пылает живая трава,
зелёные вьются огни,
где верят на слово, и верят в слова,
и помнят, откуда они.
***
Когда бываем с тобой вдвоём,
куда линяют земные страхи…
Но в ясном небе грохочет гром –
и врассыпную по миру птахи.
Зачем из пушки – по воробью?
Пускай живёт. И причём здесь пушка…
Но ты рифмуешь: люблю – убью.
Ты это можешь, моя подружка.
***
Мы с тобой останемся чужими –
в этом дело, и ни в чём ином –
при любом заботливом режиме
и в прекрасном времени любом.
Если только светопреставленье,
сдвиг по фазе, карточный расклад
сдуру повернут судьбы теченье,
черновик насквозь перебелят.
***
Придёт ноябрь непререкаемый,
разденет землю догола.
Я позвоню, скажу раскаянно
и примирённо: как дела?
Ответит: ничего хорошего…
Растает облако в окне.
Отава августа погожего
ещё не раз приснится мне.
* * *
Надо видеть совсем немного:
сад в окне, за садом дорога,
поле, рощица, и река -
чтобы знать, что живёшь пока.
А потом - над дорогой, садом,
полем, рощицей и рекой,
далеко и почти что рядом -
небо, облако, вечный покой.
***
Мы с тобой останемся чужими –
в этом дело, и ни в чём ином –
при любом заботливом режиме
и в прекрасном времени любом.
Если только светопреставленье,
сдвиг по фазе, карточный расклад
сдуру повернут судьбы теченье,
черновик насквозь перебелят.
***
Вечный снегопад в субботу утром –
музыка и белый-белый свет.
Я бы мог заняться чем-то путным,
только смысла никакого нет.
И откуда музыка такая –
никому её не сочинить –
без помех в меня перетекая,
что-то хочет в жизни изменить.
15 февраля 2009
***
Осень. Запоздалые разборки.
Почему, зачем – в который раз…
Мы опять привычно одиноки,
кто бы ни был нынче возле нас.
Но когда закончатся денёчки
и сомкнутся стройные века,
мы сольёмся в абсолютной точке –
не уйти тебе наверняка.
***
Мне всё скучнее знать, что происходит в мире,
кто прав, кто виноват и в чём их споров суть.
Пишу, как динозавр, который скоро вымрет,
поскольку всю судьбу он знает наизусть.
Мой стиховой скелет найдут в другом эоне,
очистят от трухи и поместят в музей.
Пусть чудо разгадать старается учёный.
Пусть чудищу сему дивится ротозей.
3 марта 2011
***
Когда бываем с тобой вдвоём,
куда линяют земные страхи…
Но в ясном небе грохочет гром –
и в рассыпную по миру птахи.
Зачем из пушки – по воробью?
Пускай живёт. И причём здесь пушка…
Но ты рифмуешь: люблю – убью.
Ты это можешь, моя подружка.
7 июня 2012
***
Мой град допотопный, мой бред до утра –
глазастыми шоу дыша.
Мне здесь – не трудись – ни кола, ни двора,
ни лежбища, ни шалаша.
Я там, где пылает живая трава,
зелёные вьются огни,
где верят на слово, и верят в слова,
и помнят, откуда они.
9 июня 2012
***
Оборвутся нити тяготенья.
Цель ясна, но непонятен путь.
Ждут на берегу родные тени,
что удастся прошлое вернуть.
Тёмную материю взрывая,
вдаль летит космический Арго.
Пусть надёжно вывезет кривая
к той Колхиде, что не ждёт его.
25 сентября 2012
***
Ничего не случилось плохого,
не шатается мира основа,
и ни трус, ни потоп, ни фугас
никого не затронет из нас,
будут слёзы недолги и редки
у моей сердобольной соседки,
если утром свищу соловьем
в перелётном жилище своём.
27 октября 2012
***
Пришла осенняя пора,
что в общем далеко не ново.
Но вновь волнуют, как вчера,
обрывки свитка золотого.
Редеет золото в саду,
уходят лишние заботы.
И видишь ты, что я иду,
но медлю вдруг у поворота.
28 ноября 2012
* * *
Холодный кухонный рассвет.
Остатки праздника былого.
Из позабытых детских лет
пробилось утреннее слово.
Пронзает сутью ключевой
вдруг от макушки до ключицы.
И принимают облик свой
деревья, дворники и птицы.
***
От ночных кошмаров и новостей –
что одно и то же по сути дела –
ядовитый дым в голове густел,
закипала кровь и душа болела.
Но настало утро… В окно гляжусь,
узнаю – и становится жизнь милее:
объездной просёлок, шипастый куст,
две берёзы ангельские белеют.
27 янв. 14 г.
/из старых черновиков/
…всё до боли пяточной знакомо
до глубинной смысловой руды –
типовое здание обкома
ветхие гостиные ряды
ленин на ржавелом пьедестале
купола подкрашенных церквей
и тоска тяжёлая густая
грозовая над душой моей
2015
***
Любимая уехала, дела.
Часы идут и множат время оно.
Ещё вчера черёмуха цвела,
а нынче день последнего пиона -
тяжёлые роняя лепестки,
он клонится и нет ему замены.
Какого цвета вещество тоски
на том отшибе нашей ойкумены?
17 июня 2015 года
***
Опять смотрю и наслаждаюсь –
в окне бесплатный листопад.
Он, никому не угождая,
уж третий день кружится над
дорогой, детскою площадкой,
газоном, тепловой трубой.
И на пенёк ложится шапкой,
и сам беседует с собой.
25 сентября 2015 года
***
О, весна…
А.Блок
Мартовский вой кота и посвист синицы.
Плавится и течёт стоптанная стезя.
Ветер весенний куражится, рвёт границы,
хрипло смеётся: можно – там, где нельзя.
Каждая тварь, каждый ломаный кустик
гнёт свою линию – до смерти на миру.
Вот и река поднялась и покатилась к устью.
Узнаю тебя, жизнь, приветствую - и беру.
22 марта 2015 года
***
Проснусь, окно протру,
пока свежа истома.
Морозец поутру
сочится в щели дома.
И птицы не поют,
и небо нараспашку,
и клёны отдают
последнюю рубашку.
21 октября 2014 года
***
На пустыре цветёт цикорий –
невзрачен и голубоглаз,
любитель вольных территорий
и не любитель громких фраз.
Он не годится для букета
и пахнет сорною травой,
а если и полезен где-то,
то только пользой корневой.
15 июля 2015 г.
11.30
Когда пойдут запойные дожди,
и что ни день – всё беспробудней,
не колготись, не майся и не жди,
лепи стихи из глины будней.
Сойдётся всё – и небо за окном,
и ветер вперемешку с листопадом,
и старый сад, и подновлённый дом,
и день-деньской с любимой рядом.
4 октября 2016 г.
К картине Ю.Инюшкина «Адам»
Спи Адам. Тебе ещё не ведом
смертный грех. Кругом цветущий сад.
Завтра – время ужасам и бедам,
завтра нам возрадуется ад.
Завтра быть Содому и Гоморре,
Хиросиме, миру на крови.
Спи Адам без радости и горя,
ты не знаешь смерти и любви.
12 ноября 2016 г.
Снегири-молчуны и синицы-тихони –
недалёкая наша родня –
на кормушке красуются, как на ладони,
в уголке чёрно-белого дня.
Словно всё начинается с первой страницы,
и по-детски любуемся мы.
Молчуны снегири и тихони синицы
в чёрно-белом начале зимы.
13 ноября 2016 г.
Свидетельство о публикации №122021208091