Не вошедшее в сборники
Великие тени остались на дне,
Перламутровый плеск.
Отвечают мне губы, заклёпки на них не обсохли.
Пустотелая осень пищит на моём языке
Чуть шершавом. Не скули, саксофон -
Путь на вешалку долог. Но он неминуем.
**
растворённое солнце целует измятые пальцы,
Беспорядочный день прокатился в моих волосах;
Враскорячку завод - словно порт у ворот океана,
Запрокинута высь - головой полетевших с ума
Ночные улицы
Листопадами отчаянных и правых
Мы пойдём на крики идиотов -
И тогда, в размазанное лето
Упадёт немного позолоты
Мы не будем спать мы будем сниться
Только тем, кто может взять и прыгнуть
Со скалы в пылающие двери -
Улиц, звёзд и тёмных переулков.
**
бояться не надо, за скатерть с пролитым вином нам придётся платить.
разложение светлой земли, все кто будут потом, все, кто встанут сейчас -
просто старые дыры на теле солдат, похороненных в тесных одеждах.
слепок из воздуха, рама великой картины;
бог оскопления учит меня улыбаться
ДАМА В ЗЕЛЁНОМ
Мы идём, разгребая ногами расплавленный снег -
Каждодневный маршрут через парк, мимо старого времени,
окон уюта, сонных ментов, карусели, сугробов, бутылок, ДК и помойки,
где некая женщина в куртке зелёной пинает бутылки.
И я - весь такой непонятный, помятый, в рванье, всё учу наизусть -
Типа как бы поэт подворотни, сердце народа.
Милое дело - богема, упадочный стиль...
**
когда я раскрою тебя - навсегда, задыхаясь от жажды,
я упаду и перестану плакать - девственно чистый, гордый и дикий;
моё солнце будет стареть и плавиться, но всякий раз сходить с ума,
мои волосы будут растянуты до облаков - блестящие и тёмные,
мои руки будут держать и предчувствовать одержимость -
одержимость и бесконечный коллапс;
я стану сальным королём и корона моя
будет ветвиться среди деревьев.
**
по позвоночнику улиц, губам и грязному снегу,
не обращая вниманья на шёпот и тишину,
новые чувства красные лица церковь и бог не достанут меня
пахнет бензином светопустыня брызгает кровью прямо в глаза
ПОДВАЛ
Видится ночь через несколько часиков
Два козыря - старший и младший
Пиво плещется, вздыбился страх
Ты проебал - через тернии к звёздам
Хриплым голосом между столов
Катится вечер - тепло и противно
Катится день и стулья скрежещут
Сердце колотится чаще
Мы забились в углы
Я простился со всем и как будто вспотел
Под звереющим взглядом
И прочими лампами.
Можешь ли ты замолчать
И проснуться от скрипа дверей?
Рыжкие кружки наедине
Чавканье солнца, идущего в вечер
СОВРЕМЕННОЕ ИСКУССТВО
Мёртвые муравьи ползут по закату -
Вдаль, вдаль, вдаль…
В их глазах отражается хохот толпы,
Готовой убивать;
Пока кто-то плескается
В бурой реальности,
Я нашёл среди листвы
Маленькое детское колечко;
Кто-то засмеялся за спиной
Но это уже ничего не значит -
Мёртвые муравьи ползут по закату -
Вдаль, вдаль, вдаль…
**
сегодня всё странно
капли и я опущенный всем миром
не шатаюсь по улицам
а просто смотрю на себя в зеркало
у меня есть музыка?
нет - у меня есть страх
я человек с потными ладонями
я человек со слезящимися глазами
мне не нужен ваш опыт
вы - сброд тысячелетних традиций,
я - мёртвый моряк
**
в голову только если...
и тишина настанет -
гул разговоров винных
может быть
будет громче
**
синица в недрах автомобиля
и ещё одна - на лапах ёлки,
где застрял розовый дождик
- да я не колюсь!
- и руки у него чистые..
а скоро всё это растает
и вылезет новое лето -
о, я жду его с ужасом..
**
В прохладной комнате я вижу
Отражённое солнце
Оно скатилось с гор
Холодный блеск не освещает сумрак
пустые комнаты наполнены
**
тебе не было больно
ничего больше не было
не могу смотреть на себя
жизнь доступная в странных зрачках
ты дрожала, засыпая
моя мысль заблудилась
среди этих листьев
замолчавших когда ты затихла
так и не закрыв испуганные глаза
**
я шёл к тебе, когда ты была маленькой,
Как солнце между пальцев
И задыхался от твоей доброты;
Сегодня я ползу к Богу
Чтобы он дал тебе силы
Сделать маленьким меня
Ночь разводит руками
Ночь это добрые глаза кондуктора
Моя маленькая девочка
Я ничего уже не слышу
**
ВИШНЁВИЦА
Рассвет покажет нам на дверь
Разноцветные полчища старых знакомых
Струятся вокруг как пыль на свету
Ты - как мачта и вот
Несказанное солнце задевает тебя,
Щекочет живот
Посмотри на себя - ты гибкая радуга,
Радость от мысли что старость ушла
Навсегда
Навсегда
Истеричная жрица -
Храни себя в винах
На пальцах
В глазах
"Я бегу
Я струюсь по стаканам пластмассовым"
**
этикетка от солнца
ржавая консервная банка
вздутие живота
собственное вытекающее сердце
я смотрю на солнце и вижу как переворачивается новая страница -
маленькая девочка играет с бабочкой
в раскалённом автобусе
**
Спи, теперь уже можно
Надвигается старый день
В этом платье ты смеёшься и засыпаешь
Я знаю, каждое твоё движение -
Чистая правда
**
Наверно всё это похоже на автобус
Все водопады в ванной замирают
Давно не веришь мне что чудо не исчезло
Но не уходишь улыбаться продолжаешь
Мой сон не дышит больше нежностью звериной
Я жду тебя и ничего не ощущаю
Когда закончится всё снова – ты увидишь –
Я буду рядом, никогда не засыпая
Я ХОЧУ, ЧТОБЫ МОЯ КРОВЬ СТАЛА ЖЁЛТОЙ КАК СОЛНЦЕ
водят, водят хороводы дети
смотрят, смотрят на меня из окон
что вам надо от меня, синицы?
что не так в этой спускающейся пустоте?
продолжим.
вчера вечером я удавился
под взгляд равнодушный
заледеневшей машины.
склонились, склонились деревья
порвались, как солнце
на доме жёлтом
**
раскрывается площадь
на которой воюют
кто-то ножик пихает
кто-то даже кулак;
ну и пусть. это больше
не имеет значенья.
кто-то умер - настало
время жалких боёв
**
на порезанных руках умещаются мои еб а ные кумиры
я хочу чтобы они растворились в кислоте
закрывайте двери
поэзия мысли это поэзия смерти
УСЫПЛЕНИЕ
За бирюзовым цветом настоящее солнце складывается в слова
я таращусь на всё и на себя
пропускаю маршрутку за маршруткой
нагреваясь в музыке
долгожданное лето вернулось
стоя по пояс в петле
отряхнув задницу идём в толпу
смотри смотри на недостижимое наглыми глазами
люди в троллейбусе двигают головами
словно настороженные птицы
я хочу встать у окна
**
не говори ничего, ладно?
каждая минута - как тысячи Бесланов -
забывается..
знаешь, солнце, как рассказывать?
всё будет хорошо.
открывается окно -
за ним ничего нет
**
не хочу видеть что будет завтра
мёртвая кожа горит быстрее
что-то чёрное повисло слева
сутки без солнца - дохлые руки
чем чёрт не шутит -
всё сгодится в печь
пьяные
умирают
первыми
**
если ты не пытаешься выбраться -
просто мутируй
твой путь - изменяться
во славу себя
адаптацию - в печь
разрушается мозг
это главный сигнал
это первая вспышка
сумасшедшей сверхновой
**
когда закончится солнце
в коробках заведётся гопьё
сумасшедшие кошки на животе
штуки штуки ползут
комиссары крадутся
сейчас я не выйду
духовная близость
никогда не прощайся
теперь это можно
вонючие улицы пить
и скрестись по дворам
как заблеванный poet
ублюдская шваль девяностых
до свиданья
ложись на асфальт
и молчи
**
память - злой шум, теребящий тебя
пулями ночи, котами в коробках;
память шугнётся тебя - это да.
мыслями кверху дрейфуют подлодки
**
Садиться будешь?
Слабосильная х у йня
Обвивает меня ногами,
Пригибает к себе.
Смотрят с укором.
Мой сон, пронзи их!
Куда свой шёпот суёте?
Не подбирайтесь ближе -
Вас раздавит моими
тяжёлыми вЕками!
**
я уже остановился
я представился улице
смотря на меня протухли запахи
и в глотке застыли
и в груди
"чтоб целомудренно слагать стихи в Париже..."
я в рот е б а л шансон и старость. ох,
мой уличный певец давно издох,
а я к нему всё ближе
ближе
ближе
**
кругами шатаясь
я шелохнулся
мой призрак в ГАЗеле
началами сна говорит:
засыпай
засыпай
засыпай
и звенят колокольчики в клетках
и ржут постовые
**
Слева – старая женщина, вслух говорящая сама с собой об умершем сыне,
Справа – плавный неадекватный мальчик с непостижимо живыми, детскими глазами,
Посередине – Колтрейн, Колтрейн, Колтрейн…
Мотор троллейбуса глохнет и становятся слышны все плееры
**
Потому что если говорить про «новое»,
Нужно внутри обязательно вздрагивать –
Как будто ты увидел что-то офигительно клёвое
За углом твоей обшарпанной домашней впадины
И кто-то обязательно станет тебя окрикивать,
Мешать тебе и заглушать зелёный психотропный шелест,
Предлагать тебе мебель двигать
Или двигаться в такт грузчикам белым;
Так тащи свой шкаф и смущайся, сволочь!
Голубые рисунки рассматривай!
Всё равно – это самое «новое»
Без тебя уже прыгает, визжит и падает!
**
Террористически свободен
Тот кто качаясь на качелях
Смеялся в воздух удивленный
И падал в листья и песок;
Нам надо много: шприцев, утра
Дворов старинных подворотен,
Чтоб дети вспарывали бритвой
Наши засаленные рты…
Нам надо много, очень много
Но перво-наперво пусть будут
Большие ветви всех деревьев
Пониже к нам наклонены
**
Над Ильинским проездом бормочет весёлое небо
Девы в смутных очках разбавляют себя пустотой
Завершите сейчас – толстозадые люди пинают
Наш асфальт – но увы не своей головой
В синем бункере чисто вокруг эти псевдоманьяки
Тополя и брюнетки и сладкие мальчики с гор
Под уютными джинсами голуби мира порхают
За забором шурует студенческий п и з д одозор
Курам на смех – меня большевичные дети ругают
Именами своих запечатанных в стену дружин
На шикарных мальцах ослепительно блузки сверкают
Мерседес заблудился -
бредёт потихоньку
один…
**
в разбавленных этих потёмках
гремящих посудой потёмках
идут они ниспадая
на самые свежие раны
как волосы нежных любовниц
шипящим и воющим морем
полезным для разума морем
во тьме и при свете дурацком
идут они заливаясь
пугающим бритвенным смехом
в холодных этих постелях
на жёстких этих постелях
хранят они верность и плачут
слёзы в кулак собирая
кипучие мелкие слёзы
***
молот опущенных
это мой спазм
сосредоточенный верой в движения лишние
приму это с радостью
нервно до дрожи
средние пальцы сломаны жестом ребячески нежным
уйди о настырная вечность и прочность
не в праве тебе говорить ни о чем
жизнь это банка
что-то свербит
радость - укор
наполнение - наипервейшее чувство
вчера было весело
завтра не грустно
....
катится голос через леса катится голос через качели
я не боюсь задрожала слеза и поднялась с одинокой постели
кроме тебя что-то черное в зеркале в смазке замечены черные черви
скрипочка в твердых руках толстяка сладко и громко споёт это первой
***
говорил однажды он себе через лес и леса Провиантской пройду унесу что могу здесь забрать
и в полуденном солнце потом утоплюсь
бормотал он и вышел и далее было повешение руки крюки война ты сказала я радуюсь было бы с чем поздравлять
разграничить и дальше идти воевать
это сладкий кутеж продолжался Провиантская кончилась как-то уж быстро
нагибайся подлец ты не смеешь стоять когда все кто устали так близко так близко
в этих скользких полях я один властелин
папка царь да и мамка наверное тоже
гражданины идут слышишь чайник кипит
в этом царстве я первый с красивою рожей
нагибайся подлец и трусы приспусти солнце брызжет ты видишь шикарно и знатно
нет неволи и смерти я выбил из них сладкий визг и главнейшее "мне непонятно"
**
Нечего больше сказать
Однодневная жизнь
Голова пробита стеклом
Существует ли жизнь за поворотом дороги?
Существует ли жизнь за углублением рельс?
Девятьсот восемь
Не смотри мне в глаза
Тепло и удобно
Удушение – здесь
Удушение – здесь
**
на улице реки в статуях дыры
на месте сцепления нужных созвездий
снег снег и снег и ещё эти окна
окна в которых трусливые рты
мысли идут по хромому пути
на улицу где ледяные дороги
ноги увязли их не распутать
ноги в багровом снегу и в бутылках
шум проникает через стекло
шум на большой и чёрной реке
клавиши асоциальны всегда
клавиши смотрят смеются и смотрят
в этой реке дно только сказка
в этой речушке дно изначально
обман как и плеск дерматиновых волн
что непонятно? что непонятно?
спасибо вам люди что не забыли
спасибо спасибо спасибо спасибо
входит Ворона в темной квартирке
тихо и трепетно
тихо и ново
**
...И вот открываются двери
Оттуда выходят люди
У всех - тополиные листья
и мокрые стёкла в глазах
Поют поезда монотонно
Шатаются двери зала
И ветер кричит и пинает
Широкие лица травы;
Ах, если бы этот ветер
Прошёл через нас и замер
И чёрные сгустки крови
Взорваться заставил бы...
Но детка в прозрачной ванне
играет, шумит, искрится,
И эхо великой тайны
За спальным районом гремит.
**
Убить его оказалось не так-то сложно
Разрезав кожицу вышел вечер
Румяный кот заснул в колыбельке
**
с тех пор он никогда не выходил из дома
слюна в полостиего рта превратилась в сперму
шаткое нервное равновесие было нарушено
глоток свежего воздуха стал ядовитым
сигареты почуяли запах зубов
моль через хлебницу всегда проникала в спальню
жуткая гримаса отныне маячила в окне
выпячивала губы и закрывала глаза толстыми пальцами
ранней весной его должны были обнаружить
на это он надеялся и очень этого хотел
когда в распухающее небо просятся первые птицы
и вместо лязганья ключей за стеной слышен весёлый смех
**
а у нас заснул Серёжка -
на кровати, в темноте;
он возвышенный немножко,
и немножко - в блевотЕ.
у него раскрыта книжка
на странице двадцать пять,
у него шикарна стрижка -
под Бодлера, твою мать!
всё в нём - высшего разряда.
нихуёвое в нём всё.
ничего ему не надо -
у него всегда своё;
весь он - словно на картинке,
словно точка с запятой,
у него чисты простынки
и вообще он весь такой -
сизый, маленький, крылатый
х у еватый и простой;
словно бабочка из ваты,
словно ключик золотой.
**
мужик, тебя похмелить?
две таблетки цитрамона и одна нурофена
при определенных обстоятельствах
делают мой день
минимум на 4 часа
надо бы сдать эту потерявшуюся собаку владельцу
заработать бабла
а ведь ранние то White Zombie круты,
и как звучно и как насыщенно то -
будто пьяная панкота пытается играть The Birthday Party
а получается всё равно Lake of Dracula.
все эти ваши поэтические смерти устарели:
смерть от синьки, на войне или от ножа в подворотне -
давно устаревшие штампы
надо чтоб по жаже всё
какая прекрасная смерть -
"он закончил свои дни, бесясь с сыном
и нечаянно ебнувшись головою об стену/столб!"
**
У меня играет в жопе детство
Я всегда ношу его с собой
Я серьёзно это не кокетство
Жизнь моя не стульчик золотой
В ней есть мрак и яркие рубашки
Свет машин и улиц голоса
Суп вино эротика бумажки
И степная лесополоса
Я такой как малые калмыки
Я простой как опухоль щеки
Впереди - урчание и крики
Жизнь прожить - не поле перейти
**
Сколько нынче давалок!
Сколько странных сычей
И бетономешалок
и кронштадских грачей!
Сколько женек и юлек!
Сколько петек, саньков,
Писюньков и писюлек,
Жоп, грудей и сосков!
Очень много! И в эти
Дни пылающих срак
Я ранимый, как дети.
Потому что дурак.
***
что-то там снег нашёптывает
на спину твою, Усул
мать эротично вскрикивает
стаю червей вспугнул
жёсткая тема прибыли
щекочет мои виски
рядом отмечены бликами
вечерние сизари
белая белая белая
белая как бельмо
стонет, целует, смелая,
кончающее дерьмо
"кто как ни ты, останется
кто как ни ты, подойдет
нежно об пальцы ранится
нежно, как сон, пройдёт"
что-то там снег нашёптывает
на спину твою, Усул..
в губы сухие втоптаны,
втоптаны в чёрный гул
**
мальчонки стоят в своих сапогах
мальчонки за поездом быстро бегут
мальчонки мне дышат в младое плечо
мальчонки мышей под окном стерегут
мальчонки не знают что плакать нельзя
мальчонки полезли в закрытый магаз
мальчонки описали чей-то башмак
мальчонки украли луну как-то раз
мальчонки не любят твою вермишель
мальчонки не ведают правильных слов
мальчонки себе всковырнули глаза
мальчонки всегда - капитаны понтов
**
редко весело висеть на проводах
в основном это как будто ты лампадка
сочные, волнуются в дверях
нежности моей как бы котятки
рваная, колышется трава
в глубине оврагов наслаждений
мыло капает на полуострова
всяких там вот этих вот томлений
**
На пресловутых заводях рассвета
которых я конечно не увижу
поскольку спать сейчас не видится возможным -
на этих заводях я встречу суету
и девок вечных с синими глазами
и девок тёплых, движущихся сладко
там абсолютно всё пропитано дыханьем
спокойных, постоянных выходных
давайте пить и типа веселиться
ведь ночь длинна, как пальцы или песни
давайте жить как жили наши предки
когда они ещё были детьми
о скука, бич и знамя Пана!
возьми нас нежно, словно яйца - шлюха
и брось в пучину некую такую
где даже смерть вдруг вспомнила б о нас!
короче - в ад, цветной и чудесатый,
в цветок, благоухающий смиреньем,
в глаза, внутри которых боль и ужас
или в п и з ду - всегда радушную, как день.
Излом
Вы все о х у е ли и это нормально
но рыщет луна как лисица
зовёт меня стон вагинальный
и детство весёлое снится
Представьте себе перекрёсток
И виселицу и протухшую девку
вот сердце поэта
е б ать его в сраку
за песню
чудесную
эту
...Излом души моей курлыкает Москва
Скребись, гандон, не верит тебе Лёша
Я уезжаю в девятнадцать двадцать два
Закрой глаза мне риммингом хорошим.
**
...Тогда я находился в бесконечном сне
и дети улыбались злобно мне
и старики не пахли и друзья ушли
и что-то бормотало там внутри
и не было вокруг ни одного х у й ка
смеялась темнота и двигалась рука
цвело и пело лето как встающий х у й
я воздавал сполна за каждый поцелуй
Take five внатуре тёрся меж моих ушей
печаль тоску и боль я выгонял взашей...
теперь я просто лужа на полу в толчке
и кровушка молчит в моей руке
я странным чудотворцем превращён в мочу
хоть движется мой рот но я всегда молчу
туманным янтарём горит мой нежный зад
я - светоч и сигнал.
я - золотой закат.
Измайлово
Два часа ночи
устал я короче
мой сильный и нежный сынок
весёлый и славный
мой друг самый главный,
мой невероятный дружок
жёлтые глазки
текут как в раскраске
два солнца на белом листе
бежит чьё то время
вонючее семя
теперь посмеётся во мне
Два часа ночи
квартал обесточен
и падает небо во мглу
пока, дорогие,
подружки кривые, -
я больше уже не могу
**
Рассвисти меня, занятная. Ты сможешь.
Ты не думай - я обычный, я удобный.
Рассвисти - и, если горько занеможешь,
Я поглажу твой portrait рукой свободной
**
Под одеялом стало тише -
ведь мне мой старый друг не пишет.
наверно надо подытожить -
звезда горит, отец неможит,
мой знак - пастух.
Он ведал пламя.
И он спалил себя вчера.
Запахли пальцы сигаретой
бежит, бежит, быстрее света
по небу мертвая искра
**
Обычно все берут
На безымянный пруд
Накопленный уют
Кровоточивый труд
И шпоры, и огонь
И пиво "Оболонь"
Страдальческую вонь
Писательскую бронь
А я же - нихрена
Ни члена, ни вина
Ни песенки из сна,
Что мглою звёзд полна,
А я же - красота!
Святая простота...
о господи, туда
Я взял с собой кота..
Смердит, пердит мой кот
Кривит ужасный рот
Смеётся и поёт
Взволнованно орёт
Мы будем там с котом
Питаться пирогом
Девичьим запашком
Вакхическим душком
За нимфами гонять
Тарелки оскорблять
К соитию склонять
И спать и спать и спать
**
Это понимаешь какая вещь
это ты видишь какая дрянь
кто-то тупой как копчёный лещ
кто-то красив как большая лань
кто-то обнимет тебя рукой
кто-то засунет руку в трусы
кто-то полюбит тусить с тобой
кто-то вгрызётся тебе в усы.
Это не маленькая беда
это не просто вам се ля ви
вобщем застряла твоя борода
в трещинке вашей большой любви
**
Если сердце твоё безжалостно было разбито
Злой Королевой, плюющей в лицо весне -
Помни, дружище, природой ничто не забыто -
Все Королевы забавно пердят во сне.
***
"Дико! Волшебно! Весело!" -
Дьявол во мне кричит
Страшная, мерзкая песенка
Мимо лица летит
Птицы с глазами мразными
Выскользнули из рек
В сторону ада грязного
Плетётся Плохой Человек
Солнечным утром встретимся
В прохладную встанем тень
Прекрасный день, чтобы повеситься!
я пропущу этот день
**
Лунные псы
соснули росы
серые кошки из пирога
выйди ко мне
побрякушками
позвякивая
старая лань
пустобрех
вытрезвитель
саркома
облизывался
мой дружок
в темноте зазеркалья
задверья
замирья
чудовищно пах
отражался в окне
свербил меня в ухе
и пальцах
не мылся годами
не ел целлюлозу
не спал
не любил
не журил
не читал
не тусил
не кончал
не пыхтел
не писал
не печатал
не бычил.
скорее всего идиот.
скорее всего автомат.
спиритический дом.
проскользнувший микроб.
удивительный сон.
разузнайте, пожалуйста, больше.
завершаю томление чихом.
**
сумятица
пошли
рыбак
ночной
сидит
кобылыч
лето
развернулось
цветёт
сирень
ты снова
не со мной
визжит
луна
она
домой
вернулась
**
Пока на столике дрожат твои часы
пока повсюду жадно хлюпают носы
пока ворчливо сохнут капельки росы -
иди, не ссы
ты будешь старым и при п и зднутым, малыш,
ты будешь выше самых о х уенных крыш,
смешнее ада, глубже, чем моря..
смотри как боги аневризм и февраля
с тобой смеются - и прекрасен чёрный смех -
иди, и смейся, милый -
смейся громче всех
**
Когда ругалась печень матерью проклятой
когда худая белизна меня тянула
когда судёнышки раскалывались знатно
когда на сушу выходила злая скула
когда сидела в тёмной комнате малышка
жевала губы и пристраивалась ближе
всё было дальше чем теперь моя мадонна
всё было тише и как-будто даже ниже
но я не жалуюсь поверь мне интересно
что станет с нами если выключат приборы
когда потухнут свечи выключат мобилы
когда легонько улыбнутся коридоры
когда устанет свежевать себя Алёнка
и знамя серое и грязное уронит...
о, кто мне скажет кто мне слижет кто мне вскроет
и кто ни звука ни словечка ни проронит?
**
Лёша Кац развязал - это е б аный стыд..
"я говно, я сорочье говно"
на зеленом столе меня Вакх пеленал
и вливал в меня снов полотно
что за шутки, п и здец.. отлетают с меня
всякий бред и жемчужная блажь
ты давай бл я дь за ручку меня подержи,
по сердечку мне сопли размажь..
Видишь, день наступает и солнце встаёт?
Видишь, сок перестал вытекать?
Я родился - и в мире была тишина.
Охуительно, что тут сказать.
**
У выпавшей росы купалась ты, Минутка,
шептала лепестки и выцарапала
увядшие глаза, прикрытые как-будто..
я пил здесь старый чай, пока весна спала.
Коллекции морщин на пальцах шевелились,
был невысок тот дом, где прыгали огни .
На нас равнялись сны, что коммерсантам снились -
и были глубоки и адовы они
**
Все говорят мне жуй
все говорят пусти
Я не смотрю в их глаз
не ведаю пути
я как вон тот гусар
алкаю и пержу
мне говорят ты стар
но я и сам твержу
что в старости вся суть
и звезды и весна
что в ней - поэзий ртуть,
в ней янычарство сна
Летит мой сизый дух
по скверам и дворам
Большой, как птица Рух
и резкий, как сапсан
**
я умру от заражения мочи
ты тогда, родная, не кричи
ты меня слегка перевяжи
и седому Богу покажи
лодочкою стань моей, огнём,
и большим полярным кораблём -
чтоб не страшно было нам двоим
среди моря, ландышей и льдин
**
Изнемогая от себя, под звон бокалов
я обратил мольбы к вину, шепча устало:
"Спаси меня, вино! мне очень, очень плохо..."
Вино такое говорит: "спокойно, Лёха!
сейчас всё будет заебись, сейчас наладим:
вольётся свет в тебя моих, бля , виноградин,
в глазах твоих весенний ад сейчас проснётся,
и песня чёрная из горлышка польётся,
и будут руки целовать тебе вакханки
и уебётся сплин вонючий со стремянки!"
И нежный вечер встал, как мать, у изголовья...
"Спасибо" - молвил я - "дай Бог тебе здоровья."
**
Во сне на меня напала
Сумасшедшая тётка с ножом
Я бил её череп о камни
До неприятного хруста
Я проснулся разбитым
С навязчивой мыслью о том
Что теперь то посадят
И всё это пошло и грустно
**
И пошёл бродить петуч
Среди скал и среди туч
Среди горя и беды
Среди мыла и воды
Среди мальчиков плохих
Среди пальчиков твоих
Среди нежных и тупых
Среди маленьких и злых
Среди кошек и котов
Среди фавнов и цветов
Возвратился сделав круг
И в меня въебался вдруг
**
На тебе сошёлся клином белый свет
в этой сказочке меня в помине нет
в этой сказочке бля битва за редут
в этой сказочке тебя со мной запрут
развернулись как знамёна небеса
прозвучали спьяну злые голоса:
"повинуйся, сука, слышишь? Говорю!
И люби меня, как я тебя люблю!"
**
Пьяное чувство ритма тащит меня к тоске
"Вот бы такое сердце, чтобы тянуло в ад -
Трепетные ребята в пригородном леске
Будут слегка калечить мой театральный зад…
Будут стальные птицы пересекать мой сон,
Женщины ледяные будут на них смотреть..."
Только всё это мусор. Каждый манерный стон.
Холод смертелен, сука. Лучше тебе вспотеть.
**
На синих отходах звезда моя сияет
Она всегда зовёт, она всегда зовёт
Ползти за ней туда, где ночь не наступает,
Где Фрида в руки мне доверчиво придёт.
На синих отходах во мне воркует ярость,
и нежность рвётся в бой и зло хохочет страсть;
Здесь юность шебуршит и мироточит старость
И гной моей души Гекате каплет в пасть...
Смотри, как я пишу, как я изображаю
Монблан твоей груди в рубиновых цветах;
Как сладко я пою, как страшно умираю
на синих отходах , на синих отходах...
**
Со мной неинтересно,
со мной почти нет места,
со мной переживают
и не переживут;
со мной всегда красиво
и нифига не криво,
со мной гуляют рядом
Познанье и Уют;
ругаются родные,
почёсывая выи,
я клялся им в любовях
и был весьма учтив;
осенним виноградом,
страдающим де Садом
качусь к тебе, родная,
е б альник навострив.
**
"Мудак, вернись!" - визжала Мельпомена,
бродя во мгле саратовских дворов
а ночь в фате из полиэтилена
стучалась к нам, вымаливая кров;
наполнив ротик грязными словами,
я обнял темень, кроткую, как ты
и в шелест трав за дальними домами
Ввёл тонкие, горячие персты.
И день настал. И день мне улыбнулся,
синицы стали громче говорить,
раздался крик и я почти проснулся -
но не сумел глаза свои открыть.
**
Оставьте нас на кухне, палачи!
Где курево, вино и калачи
Где можно если хочется поспать
Где мне на вас вовеки будет ср ать
Где кошечка игривая моя
Где я хоть бы и пьяная свинья
Но это не смущает никого
Поскольку как поэт я огого
Оставьте нас на кухне, я прошу
Иначе я еб ло вам раскрошу
Иначе тьма Россию поглотит
И в космос, бл ядь, никто не полетит
**
Я еду, я еду, малышка,
мне больше не надо вина ,
со мной интересная книжка
и дьявольский свет из окна.
Я еду, малышка, я еду,
таблетку шалфея сосу
и знамя весёлой Победы
с собою, малышка , везу.
Пусть теплится ночь молодая,
Пусть стонет твой маленький рот,
Кто страстную ложь выбирает –
Тот тысячи лет проживёт.
Я знаю, малышка, я знаю
Игры этой холод и зной…
В окно моё лето вползает
Пока ты играешь со мной
**
Вот и новая песня
Вот и новые ады
Я простая снежинка
Ничего мне не надо
Только розовых прядей
И вина голубого
Только чтоб отъе бались
От меня дорогого
Оху енные люди
И успешные дяди
И которые сбоку
И которые сзади
Чтобы было спокойно
И немножко тревожно
С утреца до обеда
И потом тоже можно
Чтобы снег этот мокрый
Наконец прекратился
Чтобы сын не болел
Чтобы мент не родился
МОЙ МЕТОД
В январе-феврале, покинутый сладкой Фридой,
я сидел и пил и не было мне покоя,
выла злая метель во дворе, у трамвайных линий
да луна хохотала, глумясь над земной юдолью.
Тут то всё началось - тихо скрипнули половицы
Заурчала киска на кресле моём потёртом
И возник предо мной, пламенеющий и блестящий,
Некий дядя в костюме - в серых таких разводах.
Он сказал "Алексей. Я давно за тобой наблюдаю.
Хочешь выпить, детка? Вот, я принёс тебе выпить.
Дело в том, дорогой, что нет тебе здесь прощенья
И признанья тоже, увы, никогда не будет.
Посему предлагаю - заканчивай это дело.
Закругляйся, сударь, гаси, б лядь, свою лучину.
И давай за нами, в блаженную Нангиялу,
Где, вино, вакханки, музыка - ну ты понял."
"Обождите" - молвил я - "Дайте таки подумать."
И ещё подлил себе дьяволово бухлишко...
Тут альков мой старый поплыл по запретной речке
И в окно влетели чёрные, злые птицы,
Задрожала тьма и ударилось солнце в окна..
И меня разбудило. И я записал всё это.
**
кленовый спрут в нем тьма и сердце воют
он спрыгнуть захотел с гигантского моста
он навсегда забил на бормотанье
он начал крик с чистейшего листа
он пил как врач он был смертельно болен
он навсегда ходил и падал навсегда
в его гробу есть место для обоих
в нем синий мох и тёплая звезда
и ты звезда и ты кричишь и стонешь
и ты всегда в пронзительном окне
в том сне когда я был с тобой - ты помнишь?
в том беспощадном и великом чёрном сне
**
Живут в старинном доме
Простые, в общем, люди,
Хорошенькие люди,
Приятные в быту.
И если ты, малышка,
Таким же сам не будешь,
Подобным сам не будешь -
То я тебя найду.
**
звучит театр у микрофона
я во Вьетнаме во имя Джона
блестят заблёванные руки
о мир тоски о мир разлуки
пылает печень моя большая
я был неистов её терзая
печально смотрит царевна в белом
"Каким ты, Лёшенька, занят делом?"
- Угрюмым, скорбным, как труд напрасный,
как ложь святая, как секс опасный,
и кайфоломит меня, и мажет
и ни словечка никто не скажет
Не оскудеют персты дающих
и не заткнётся хорал непьющих.
**
Спи, сынок, и я
тоже буду спать
Ночь уже пришла
Звёздочки лизать
В небе далеко
Тлеет чёрный мох
Выпил молоко
Старый сонный Бог
Мы ему сейчас
Больше всех нужны
Видит он про нас
Маленькие сны
Миленьким смычком
Водит он по нам
И бежит огонь
По седым волнам
И сверкает боль
И дрожит твой вздох...
Спи, сынок, не плачь -
Это стонет Бог
**
Когда ты омерзительно ленив,
когда проникнут жалостью к себе,
тщеславен и завистлив, глуп и зол -
не нервничай. Покушай, закури.
Ты все вершины воли одолел.
Чего бояться страшному тебе?
что может, б лядь, ещё произойти?
**
Когда меня погибель заберёт
В ленивых бельмах сумерек собачьих,
Пусть на могилу мне стенающий народ
Снесёт немного мишек козиначьих.
Нет, розы мне не сделают покой
И водка - ложь, со скорбным чёрным хлебом;
Лишь мишек ждёт бессмертный разум мой,
Томясь в гробнице под свинцовым небом.
Их тонкий вкус - как бархат губ твоих
И лишь к тебе - в быту и на работе -
К тебе одной летит мой странный стих,
Под тихий хруст медвежьей сладкой плоти.
**
"Гните, товарищи, свою линию"
Так говорил Венедикт Март
Находясь в ссылке в Саратове -
"Но только если это линия, а не fart"
Сейчас, конечно, время совсем другое
держаться линии - как держаться за х уй
ничего не попишешь - ставки проёбаны
в Квиддиче не победит Пуффендуй
"Исследуй вместе с Дашей границы новой напевности:
детство, насилие, мозговой соскоб"
Сбросьте меня, пожалуйста, с парохода современности -
На его борту говном намалёвано "ДОЛБОЁБ"
**
В автобусе белом я ехал
И думал, почти засыпая,
О пафосных супергероях,
Повелителях сонных камней.
О том, как их пылкая воля
Несёт справедливость и ужас,
Вздымая с земли этот мусор,
Обронённую недослезу.
Но грёзы внезапно померкли,
Повозка моя налетела
На чью-то плохую машину,
Покатилась большая беда:
Рассыпались грязные окна,
Взлетели, крича, пассажиры,
Стошнило пьянчугу на друга,
Кровь застлала шофёру лицо...
Всё померкло, как сны голубые,
Потускнело, как сонные камни,
Лишь визжала старуха с экземой
И стонал паренёк неформал...
А когда, покидая обломки,
Я водителю бросил проклятье -
То уткнулся в ладони водитель
И тихонько, светло зарыдал.
**
Одновременно в ночи
Смолкли
Храп за стеной
И гуденье машин
Кто-то руками размахивать стал
На шкафу
В тишине
Кроватка моя
Ходуном заходила
Свет телефона
Дальней стены
Не достал
Скачет сердечко
Ножками прыткими
По одеялу,
Ползает неподалёку,
Шуршит в темноте...
Я не с похмелья.
Я впечатлительный.
**
Как жутко хочется в Одессу,
Как страшно хочется поспать;
Не опускаться, бля дь, до стресса,
Не ковырять в сплину кровать...
Когда смердит моча последом,
Когда сверкает бурелом -
Всё искренне под мрачным небом,
Всё смачно в имени твоём.
**
я всегда был уверен
что у Думгая
в аптечках
обязательно лежала
какая-нибудь ватрушка
ибо в Аду и на Марсе, очевидно,
совершенно нельзя без еды.
Исходя из этого символа
кажется мне, ребята,
что тяга к прекрасному
есть в каждом,
даже если у тебя
кроме здоровенной пушки
да брони на брюхе
и нет ни п и зды.
**
LOL
1
цельтесь в водителей
цельтесь в последних и первых
цельтесь в уснувших и пляшущих
верных труду часовых
цельтесь в орущих приветствие
в сердце всеведущих цельтесь
в красное солнце на лбах
в обезличенных в радостных
цельтесь
в моих неподкупных друзей
или каких-то других
человеков
без глаз и ногтей
безъязыких
бездушных
Безгинов сказал
Что летят его пули быстрее
Чем ваши
Не верьте
Не слушайте
цельтесь
2
ребёнком
обманутым
красной рекой
ручкой двери
балконной
травой
у подножия дома
смеётся
Дерсу Узала
**
Я - телефон еб а нины
Я - дочь усталого выстрела
Стылого месседжа
обогащённого
сладкого пряника
Вымойте пальчики
Старые мальчики
Кошкин звоночек
всю ночь дребезжал
едут трамваи
едут трамваи
едут трамваи
в чёрный провал
**
Ну и ебло ты, Лёша,
Ну ты и Бастинда
Но потом такой:
Минуточку
А где ваши доказательства
Хрупкие мои колокольцы
Я не знаю вас,
Темнеющих в первом ряду,
Я и не должен знать вас
Вам вообще никто ничего не должен,
Порожняк,
Лесок, проплывающий
В окне поезда
Махачкала Москва
Серый налёт
На моей нежности
Кто вы вообще такие
Где у вас кнопка
Забвения
Найду ли я в смерти
Подходящую затычку
К вашим ротикам
Помоги мне Господи
Виноватому ежечасно
Посыпь солью небесной
Мою дорогу на Техстекло
Там я потеряю свои руки
Недостойные ваших плеч
Разбазарю свой язык
Недотягивающий до вашего
Достоинства
Спущу своё сердце
Неудовлетворяющее
Вашу радость
И сын мой, единственный
На всём белом свете
Имеющий право меня ненавидеть,
Лениво взмахнет волшебной палочкой,
Обрушит на ложный снег
Большое количество
Всамделишних сонных звёзд
С самого купола Шарковки
И скажет:
"Если человек хочет спать
Пусть он спит
Если человек хочет молчать
Пусть он молчит"
**
Эх беда моя беда
чёрное морожено
разверни меня к себе
очень осторожно
Поцелуй меня в глаза
дятел-человечек
чтобы вкус я позабыл
девичьих сердечек
Эх тоц перевертоц
Бабушка здорова
Эх тоц перевертоц
Ранее была
Эх тоц перевертоц
Именем святого
Эх тоц перевертоц
Чёрного козла
Не было печали Маня
Было огорчение
Кто-то жизни нашей Маня
Выебал свечение
Я Мамлеев ты Мамлеев
Огоньки горят
То ли дождик серый каплет
То ли экссудат
Эх тоц перевертоц
Бабушка здорова
Эх тоц перевертоц
Ранее была
Эх тоц перевертоц
Шёпот центрового
Эх тоц перевертоц
Чёрного козла
***
Отсырели глаза твои словно спички Орловского
и кукушечке тошно от мук твоих лоховских
растворились мечты в супе юмора плоского
как в молчании горя всегда растворялся свободный стих
лишь в огне преисподней зажгутся глаза любимой
и во снах недалёких вечность тебя возьмёт
знай - не будет тебе сумасшествие схимой
в пустоте и в любви признаваясь помни - ты х у еплёт.
Но и в сплине похмельном есть тень своей трагедии
некий зов великой непокорённой тьмы
что клубится где-то за пеленой столетий
дабы сжать твоё сердце эхом пустой тюрьмы
заклинаю тебя всеми плохими книгами
каждой брошенной школьницей: смерть свою береги
будет путь твой отмечен недоживыми лигами -
эти лиги ты за руку с ней пробеги
**
Это как
опаздывать на свадьбу
друга покойного
как
объятием забываются тучи
руки
ноги
будьте
добры
скользкая дорожка
справедливого суда
требует цирка
требует шоколадного моста
в зубах ковырялся
забыл уступить место чайке
**
Запой, моя дорогая Фрида,
это болото, полное звёзд
это максимально прочувствованные мгновения
Мгновения, прочувствованные насквозь
это балкон, диктующий тебе "прыгай"
женщина, диктующая тебе "целуй"
это усилия, предъявляемые воле
ежесекундно
усилия, направленные на сдержанность
на попытки не сойти с ума
это серьёзная работа
по осознанию себя
как человеческого существа
это заплыв по изломанному течению
завязывания
завязывания
завязывания
завязывания
завязывания
завязывания
**
Когда иссякает кровь мифа
Синицы перестают бояться тебя
вот они, маленькие, летают небрежно,
пытаясь выклевать тебе глаза
**
Истинный денди всегда немёртв,
протоинсультный поёт триумф
между лодыжек ползёт его
то что неведомо никому
кошку забыл на балконе он
в день когда Орлоком там бродил
кошка стучала башкой в стекло
мутное, как колдовской берилл
"мамочка, нас забери отсель"
каркали дети, услышав рёв
"падла хромая, открой мне дверь!"
истинный денди всегда немёртв
**
Как влюбиться, до простаты,
глубоко, тепло и чисто,
как мне сердце растревожить,
навальнисты?
Я усталый, старый клоун,
с гладкой жопою из стали...
С кем мне нежностью делиться,
заебали!
У меня в груди горячей
Огнь великий, беспечален -
Как отдать его герле, товарищ
Сталин?
В этом мире оглашённом,
где лишь бойкие остались,
как мне втюриться по-тихому,
Дукалис?
**
Зевс стал дождём золотым, чтоб Данаю коснуться
мне же пришлось превращать себя в интеллигента
ежевечерне молюсь
Пусть всё сбудется, Господи
Пусть фестиваль Невысоцкого плечи расправит
Добрым подарит покой
Хмурым чашу веселья
Кротким отвагу
А мне - безнадёжное счастье
плыть по косматой реке к островам недалёким
к чёртовой матери с этой мудацкой пирушки
только бы сына запомнить
честное слово
я очень устал
**
Из скорлупы цыплёнок не выглядывал -
Он выполз к нам двоим из-за угла
И прохрипел: "среди принцесс Саратова
Ты самой покорёженной была;
Прости меня, довлатовская барышня,
Прости, прощай - уходят поезда...
Дави, еврей, мою цыплячью голову
Пока храпит вокзальная звезда"
И брызнул снег распутным жёлтым семенем
Тебе на юбку, пахнущую хной
И мы пошли, не думая о времени,
Как ходят все влюблённые весной.
**
Мне хорошо,
как кошке,
которая съела
майского жука,
Как Александру,
который покорил
Европу
И неуютно,
как женщине,
которая не дождалась
богатого мужика,
Как пальцу,
в который запихнули
жопу.
**
Не унижай меня
невинной дружбочкой,
старуха
и если любишь
то люби, как смерть -
которая неумолимо
направит острие
в доспеха сочлененье.
В наш ***сосный век
любовь -
раздавленный гербарий
детский
в кармане куртки,
солдатик позабытый
в густой траве
"Ты слышишь вой?
то гуки, Джонни,
пируют на крови
наших друзей.
Ни родины, ни командира
больше нет
и матери не ждут нас.
Проверь винтовку -
в этот дивный
вечерок среды
к отчаянным парням
взывают джунгли
и все их ангелы.
Берсерков нежен путь.
Вперёд"
**
поэзия учит нас
удивительным образам,
например:
"крымские катары"
или
"альтернативно жилые дома"
но я хочу
чтобы поэзия спросила меня:
"кого ты хочешь взять с собой на небо?"
и я бы тогда ответил:
"побольше врагов»
**
Никто не отвезёт тебя на морюшко,
никто твоё не поцелует горюшко
а завтра хладнокровная природа
развоплотит тебя из хоровода
и каркнет: "так постановило следствие:
твой лес - ****ёжь, гнилые соответствия,
портал негосударственного сала.
И птичка вылетает из портала."
**
Всё, что ты ешь
ты делаешь из сказки
оставь меня
король Дроздобород
проснуться ночью
значит не проснуться
никогда
**
Снежок и ветер, быстрый, словно мысль,
В одну п**ду стремительно слились.
Поэт, глумливо обнажая уд,
Погоды злобной орошает труд
И (благородства сын!) у мартовской п**ды
не требует оплату за труды.
**
Смотри - два года назад
какая-то сука возле тебя
выла беспрерывно
монотонно
теперь она
превратилась в похмелье
в меч занесённый над тобой
как если бы ты был убийцей
которого поймают на днях
теперь в эту суку
превращается почти каждый.
Вон тот красавчик
из завтрашнего бара
вон тот мужичок
из списка друзей
Молох зачерпывает горсть
цитрамона
и превращается в солнышко.
Свидетельство о публикации №121022006610