Муза маэстро
Кампанелла*
В зале пустующем свечи притушены,
Шорох одежд моих гулок в тиши.
Зову неслышному странно послушная,
Птица-Душа моя рвётся-спешит.
В дальний предел удалиться ей хочется,
Где колокольчик призывно звенел,
Словно манил из страны одиночества
К мыслей, желаний и чувств новизне.
И полетела Душа, и заслушалась,
И не могла уж ни петь, ни дышать,
Зову неясному странно послушная,
Складками белых материй шурша.
Видит Душа моя, пленница-птица:
Подиум высится, словно погост,
Где колокольчик звенел, там дымится
Тленного пепла горячая горсть.
Дыма прозрачного сизое марево
Бархат портьер обнимает в истоме…
Где полыхнуло и замерло зарево,
Там проплывут силуэты фантомов.
Лики творцов, их паденья и драмы,
(Скрипки фантом над творцами царит),
Скрипки для них - их Прекрасные Дамы,
Сами творцы - словно рыцари их,
Что в поклоненьи смычку, словно жезлу,
Больше не помня свои имена,
Склонят главы перед Музой дель Джезу**,
Пред Галатеей на все времена…
Дым вдоль портьер изгибается томно,
И, обернувшись, по залу течёт…
Пышных одежд и причёсок фантомы,
Что в этот зал в а ш и души влечёт?
Нет больше в зале свободного места,
С каждой Души пусть вериги падут!
Зал затихает… Ваш выход, Маэстро!
Ложи капризные зрелища ждут!
Ветер ворвётся. Дымы от портьеры
Вдруг оторвёт! Под восторженный стон
Демон с лукавой улыбкой Вольтера,
Миру на подиум явится ОН!
Он, чья Душа не узнает покоя,
Приговорённая небом - блистать!
Кто-то прошепчет: “Маэстро Никколо,
Музою Вашей позвольте мне стать!”
Но улыбнётся и скажет маэстро:
“В море толпы, в её мутной воде
Музе моей многотерпной не место,
Небом иной ей назначен предел”.
И, поклонившись притихшему залу,
Взмахом решительным мага-смычка
Музе смиренной своей приказал он
Встать на крыло и лететь в облака.
И, покорясь его властному жесту,
Муза послушно прижалась к плечу -
И зазвенело творенье дель Джезу
Разноголосицей мыслей и чувств!
Страстных пассажей клокочущий кратер
Сердце красавицы скрипки сжигал,
Рыцарь её и её император
Струны влюблённой Души её рвал.
Музыка билась, стонала, звенела,
Демон под сводами зала царил,
Муза его многотерпная пела,
То веселясь, то смолкая без сил,
То тяготясь роковой неизбежностью
Тленного пепла изведать тепло,
То истекая неистовой нежностью
К пальцам, терзающим звонкую плоть…
И не спасли её бренного тела
Руки его, два крыла-опахала…
Там, где плясала, смеясь, Кампанелла,
Муза маэстро в огне полыхала…
Снова Душа моя, пленница-птица,
Смотрит на подиум, как на погост -
Где колокольчик звенел, там дымится
Тленного пепла горячая горсть…
В омуте времени Муза исчезла,
В прах обратясь… Но настанет пора -
Новый её изваяет дель Джезу,
Чтобы ей снова любить и сгорать!
*Кампанелла — финал второго скрипичного концерта Паганини. За звучание верхних нот, напоминающее нежные звуки колокольчиков, Паганини назвал его «Кампанеллой» (итал. campanella — «колокольчик»).
**дель Джезу - прозвище итальянского скрипичного мастера 18 века Джузеппе Гварнери. Историками скрипичного мастерства его принято называть «дель Джезу», так как на этикетках в его скрипках изображен значок, похожий на эмблему иезуитского монашеского ордена («дель Джезу» означает «от Иисуса»).
Свидетельство о публикации №120122100926