У тебя есть все на свете Подборка 11628
У ТЕБЯ ЕСТЬ ВСЕ НА СВЕТЕ
ПОДБОРКА СТИХОВ 11628
. . .
У тебя есть теперь
все на свете
весь шар земной
все звезды
в вечном космосе
и нежная
красавица луна
и у тебя давно
ручное солнце
оно выходит
если позовешь
и снова удаляется
за тучи
когда оно
тебе уже не нужно
и ты живешь
прекрасно без него
есть даже бог
знакомый у тебя
ты с ним играешь
в шашки
или в шахматы
и никогда
не можешь проиграть.
. . .
Рассвет бывает
вовсе не тогда
когда он должен
наступить по времени
а когда мир тебя
стремится поддержать
встречает светом
и встречает солнцем
готовым всю себя
тебе отдать
ты должен чувствовать
что это для тебя
выходит солнце
в чудный миг
волшебный
и гладит тебя
нежными лучами
как девушка
без всякого стыда
и может правда
солнце - это девушка
она к тебе
приходит по утрам
такая молодая
и счастливая
каким и ты все время
с ней становишься
когда начнешь ее
с восторгом целовать.
. . .
Не отгадать
как мир тебя находит
и как ты сам
находишь этот мир
который радостен
и нужен для тебя
но получается
что звезды - на ладони
в кармане - золотистая луна
и в рюкзаке твоем -
живое солнце
и ты идешь неспешно
во вселенной
по той
тропинке вечности
которая
приводит к дому бога
как всегда.
. . .
Всегда и всюду
главное в одном -
вот просто жить
на этом белом свете
со всеми вместе
или одному
участвовать
в великом представлении
которое на свете
происходит
и быть в нем
кем угодно
в самом деле
но не исчезнуть
тенью за кулисами
и не замолкнуть
и рыданьем скрипки
и не погаснуть
светом в большом зале
где зрители
с восторгом смотрят
жизнь.
. . .
И ты из пластилина
лепишь мир
а после
наполняешь его воздухом
и начинаешь
в этом мире жить
ходить по улицам
которые ты вылепил
и жить легко
в своей большой квартире
ее ведь ты недавно
тоже вылепил
оставив в ней пространство
для любви
и ты не ощущаешь -
мир игрушечным
ты думаешь
что он же настоящий
ты в нем живешь
теперь на самом деле
хотя его
ты раньше и лепил
спокойно сидя
за своим столом
из милого
живого пластилина
в пластмассовой коробке
для игрушек
которую тебе
оставил кто-то
быть может потому
что позабыл.
. . .
Есть нечто главное
чего у тебя не было
когда ты раньше
жил на белом свете
и был не в силах
жизнь свою любить
теперь и непонятно
что же это -
свобода
или вольная поэзия
или же вспышки светлые
любви
но тайный стержень
освещает жизнь
теперь
таким загадочным
огнем
что все вокруг
легко преображается
и дышит радостью
и ты летишь стремительно
в миры
где не бывает
дня и ночи
где лежат звезды
на твоей ладони
и кружится
огромной белой птицей
над головой
волшебница луна.
. . .
Мне ничего
ни от кого не надо
вот просто ничего -
ни от кого
могу ни с кем давно
не разговаривать
и никого не видеть
никогда
и не прошу ведь
больше ни о чем
и ничего от всех
уже не требую
пускай такими будут
как и были
и наконец отстанут
от меня.
. . .
Мир хохота
ведь больше мира слез
мир слез
он маленький
и добрый почему-то
и умещается
так просто на ладони
как одинокий
сорванный цветок
а хохот так велик
как лес дремучий
и в нем шумят
шумят его смешинки
как листья на деревьях
без конца
и я в нем жить
обычно устаю
в том мире хохота
и в том лесу дремучем
и возвращаюсь
к нежному цветку
в котором лепестки
как слезы
и в этом мире слез
легко живу
переживу
рассветы и закаты
и все узнаю
о любви волшебной
от самого начала
до конца.
. . .
Здесь для меня
и на моей земле
свет кончится не может
и он будет
тогда когда всего
вокруг не станет наконец
а этот свет останется
и там
где край того
что не имеет края
где жизнь кончается
чтоб больше не начаться
и начинается
простая пустота
и там он будет
этот свет конечно
свечой и солнцем ярким
наконец
или волшебным
северным сияньем
хотя уже
и севера не будет
и где был юг
не станет ничего
кроме падения
в котором нет конца
и может даже
не было начала.
. . .
К тебе ведь ветер
не приходит в дом
и холод
не ломает двери
и дождь не льется
прямо на кровать
когда ты спишь
красивым тихим утром
и листья осенью
по полу не шуршат
как будто
убегающие мыши
и можно жить
в заветной тишине
и по ночам
обнять луну украдкой
и звездам отдавать
свои мечты
чтобы они их
на руках носили
как маленькие дети
что бегут
в наш детский сад
сегодня
занимающий полмира
где всем тепло
от неба до земли
и по утрам мы слышим
песни солнца.
. . .
Иногда ты ведь держишь
легко на ладони
весь мир
словно он
очень маленьким стал
и наивным
вот и небо над ним
голубое
как синий платок
вот и солнце
как старая
желтая брошка
кто ее прицепил
высоко над землей
может он
строил доброе
детское счастье
и из кубиков розовых
снова составит
любовь
и цветы рядом с ними
посадит такие
что они лепестками
коснутся
высокого неба
ведь оно же
останется попросту
синим платком
над землей.
. . .
Как получается
что я живу
а все вокруг
так быстро умирают
вот день прошел
и умер незаметно
и наступила
траурная ночь
и бродит
в черном платье
одиноко
по городу
и думает о вечном
ну а потом ведь
и она умрет
наступит утро
хмурое седое
оно как будто
старым родилось
и со старушками
сидит
на всех скамьях
и голубях бросает
крошки хлеба
и так всегда
все уходя умрут
и день и ночь и утро
все на свете
а ты останешься
и вовсе не уходишь
ни в мир иной
ни в вечность почему-то
как будто ты
прикован стал к земле
как Прометей
тяжелыми цепями
неведомо за что
и почему.
. . .
В желтой обложке полдня
возгласами разбросана поэзия лета
мелодия знойного солнца
покой тропинки вдоль побережья
и ровное дыхание волн
теплых и усталых
раскидывающих седые волосы пены
по песку
истоптанному босыми ногами.
В красной обложке заката
завернут слабеющий крик уходящего дня
как гудок парохода
который так медленно тает
за дамбой
уже миновав и маяк
одиноко мерцающий в сонном молчаньи.
В черной обложке ночи
рассыпаны бисером мелким огни
проводившие в темень шоссе
одиноко горевшие в окнах
и создавшие чудом
безумную россыпь созвездий
в обнаженном безоблачном небе.
. . .
У меня есть
заветное облако
в небе
я туда улетаю пожить
и встречаю там
ангелов
очень веселых
они вечно
играют в снежки
я дарю им цветы
с тех лугов
что на нашей земле
отцветают
и они меня
нежно целуют
приглашая
у них отдохнуть
в светлом милом
небесном раю
где деревья
всегда голубые
и растут на них
ягоды счастья
и их сок -
как живая вода.
. . .
Я же вижу что жизнь
не закончилась вдруг
среди ночи
и не стала могильщиком
злая луна
не оплакали звезды меня
и не падали молча в траву
свои крылья сложив
словно мертвые птицы
значит буду я жить
на рассвете
который похож на ребенка
и кого-нибудь нежно любить
много долгих и радостных лет
и они пролетят журавлями
по синему небу
эти чудные годы мои
как большие и верные очень
друзья.
. . .
Пить тишину
из теплого стакана
согретого на солнце
добрым утром
встречать простую
нежную любовь
похожую
на листья на деревьях
на травы в поле
и на пенье птиц
когда приходит
светлая весна
счастливая
и очень молодая
и дарит
поцелуи из шкатулки
где радостей
так много
как игрушек
в чудесном магазине
для детей.
. . .
Наши чувства
умрут
когда нас уже
больше не будет
или станут
другими
в каких-то
чудесных мирах
а пока они
просто живут
как трава и цветы
как весенние листья
и волны
далекого моря
и в них
ветер шумит
и качаются звезды
ночами
и все шепчут
безмолвно
о нежной любви.
. . .
И каждая минута
как бархатная пчелка
прилетает
и на руку садится
почему-то
и ласково мурлыкает
как кот
и за окном опять
такая синь
какой и в сказке
даже не бывает
и птицы так поют
что вновь кружится
как будто бы от счастья
голова
и может
это ангелы простые
и они птицами
на ветках притворились
и скоро
улетают в небеса
там тоже сад
но мы о нем не знаем
и здесь останемся
на ласковой земле
любить друг друга
синими ночами
и засыпать так сладко
по утрам.
. . .
В этом чудном
придуманном мире
написана повесть
о счастье
волшебником
в синем халате
который
давно уже умер
в ней остались
одни лишь слова
о той странной любви
что всегда
пролетает по небу
ночами
как птица
и призывно кричит
над холодной землей
этот крик
застывает как иней
на окнах домов
и становится льдом
на замерзшей реке
уплывающей
в темную вечность.
. . .
И тишина плывет
воздушным шаром
и ночь такая черная
как угли
бесчисленного множества
костров
когда они горели
что же было
и небо полыхало
и земля
и искры
в высоту взлетая
там становились звездами
которым
мы доверяли
счастье и любовь
ну а теперь
все в прошлом
и спокойно
горят на улицах
простые фонари
не оставляя
даже пепла под собой
всегда готовые
проститься и погаснуть.
. . .
Мир окружает
по утрам тебя
цветами травами
деревьями большими
как будто защищает
от проспектов
стремительных
огромных городов
от тысяч окон
в множестве домов
от топота
усталых ног прохожих
от звезд которые
на небо налипают
и могут с него
запросто упасть
и ты живешь
за стенами живыми
которые
с тобою говорят
и шумом
бесконечного дождя
и трепетом простых
зеленых листьев
и белым пухом
нежных облаков
плывущих
в страны счастья
без улыбки
где начинается
другая жизнь земная
в которой не бывает
темноты.
. . .
В любую
холодную ночь
согревают
и душу и тело
живые костры
на окраинах
очень больших
городов
куда души уходят
как путники раньше
в леса уходили
по чудным тропинкам
чтобы встретить
танцующих фей
и испуганных гномов
на полянах заветных
где всегда
начинается снова
земная любовь.
. . .
Я знаю
что окно выходит
в сад
где начинается
и счастье и любовь
и кончиться не могут
почему-то
под шум
не уходящего дождя
под шепот листьев
или вздохи ветра
который бродит
как всегда один
по той земле
где горя не бывает
и слышатся повсюду
поцелуи
влюбленных
позабывших
что есть время
которое кончается
когда-то
для всех
кто много знает
о любви.
. . .
Здесь все хорошее
уже произошло
и больше
ничего не происходит
как будто бы вокруг
лежат пустые
коробки
из под съеденных конфет
и фантики разбросаны
повсюду
и можно представлять
как было славно
тому кто съел
конфеты эти
в чудный день
и убежал со смехом
на край света.
. . .
Приятно жить
под небом голубым
в стране покоя
и видеть на лугах цветы
и на рассвете
снова встретить солнце
как девушку встречаешь
иногда
а по ночам
купаться в море звезд
которые спускаются
так низко
что ты их можешь
долго целовать
и отпускать
в распахнутое небо.
. . .
Моя жизнь
парит по небу
птицей
в море катится
таинственной волной
в поле расцветает
как цветок
в небе облаком
плывет
в чужие страны
и в лесу таится
у тропинки
где никто еще
не проходил
в ней всегда
так много тишины
и теперь
так много стало
счастья
что я пью его
как воду из ручья
чистого
прозрачного
живого
полного
божественной любви.
. . .
Я вижу рядом
небо голубое
где взявшись за руки
плывут
простые облака
как дети милые
в красивых
белых платьях
они опять
не могут
не смеяться
и вновь спешат
неведомо куда
а на земле
все города большие
одни остались
в полной тишине
как старые
угрюмые монахи
что молятся
таинственному богу
и ничего
не знают о любви.
. . .
Любовь откуда
у тебя
поэзия - откуда?
на подоконнике
волшебные цветы…
из воздуха
мой друг
никак иначе -
упали с неба
превратились в радость
и вот
на подоконнике стоят
в высокой
синей вазе из стекла
ее наверно
отливали боги
в далеких чистых
светлых небесах
потом вот мне
с улыбкой подарили
пока я спал
и ничего не видел
спустившись к нам
в открытое окно.
. . .
Не вспоминай
зачеркнутые дни
их больше нет -
ушли и не вернулись
и ты стоишь
у двери
в свою жизнь
она не заперта
входи
располагайся
и находи
любовь
или судьбу
дари цветы
целуй
кого захочешь
и будешь жить
пока в окне
закат
и солнце в нем
как счастье
догорает.
. . .
И некому тебя
поколебать
как будто ты
стоишь на постаменте
как памятник
в своей обычной позе
с простертой вдаль
торжественно рукой
что там вдали
ты вовсе и не знаешь
но убежден
что там намного лучше
и всех зовешь
так бодро за собой
а рядом листья желтые
простые
асфальт
и тихий и уютный сад
в котором ты
почти всегда один
в сообществе
ворон и голубей
под небом пасмурным
и очень редко - синим.
. . .
Мне холодно
когда я не люблю
и жарко мне
уже когда ты рядом
когда дарю цветы
так хорошо
когда целую
небо уже близко
и я уже лечу
куда-то вдаль
где солнце
облака
и птицы вьются
и среди них
и ты
тогда со мной
хотя подняла голову
и просто
смотришь в небо.
. . .
Простите
но ведь снова
ночь темна
а в темноте
я ничего не знаю
что хорошо
что плохо
где душа
а где лишь тело
и его капризы
я вам дарил
шикарные цветы
наверно розы
я уже не помню
и долго ли
они стояли в вазе
нам вашем этом
маленьком столе
где только тушь
помада и конверты
чтобы писать
кому-то о любви.
. . .
Ночь черным шаром
закатилась в душу
и загорелась в ней
своим огнем
так шаровая молния
влетает
в открытое окно
и остается
гореть на спинке
старенькой кровати
сжигая ее светом
и огнем
и мы
с открытыми глазами
видим
лежа
в кровати этой
сказочные сны.
. . .
По желтой тропинке
которую стелет ковром
молчаливо
луна
среди ночи
проходят
как призраки те
кто давно уже умер
в глазах у них
пыль
от земной суеты
осталась лежать
чтобы эти глаза
не светились
безжизненным светом
а в руках в них
свечи
бесчисленных звезд
что когда-то
попадали с неба
и стали
простыми словами
в горящем огне
обнаженной вселенной
и нет ей начала
и может
не будет конца.
. . .
Пусть вечно жить
наверное нельзя
но в жизни есть
какие-то законы
которые
все время возвращают
к тому что было
много лет назад
ты был когда-то
чудно молодым
затем стал старым
а потом вернулся
к своей же юности
но только лишь другим
как будто с неба
синего спустился
на землю теплую
однажды
летней ночью
любовником счастливым
и наивным
и стал ее
безумно целовать.
. . .
Нам осень дарит
листья
только листья
они повсюду
на траве
в саду
на каменной плите
чужой могилы
и даже в лужах
и в твоих словах
слетающих
с холодных губ
так быстро
как птицы
с опустевшего листа
где ягод
больше нет
не надо плакать
забудь
бывает хуже
иногда
все будет хорошо
как в этом небе
которое
осталось голубым.
. . .
Слыхала голоса?
Они такие злые
и говорят
что слышать их нельзя
что это значит
ты больна серьезно
как болен дуб
что скоро упадет
на старую
проезжую дорогу
поскольку видел
даже ее роды
и знает то
что знать ему
нельзя
так все больны
кто слишком много знает
и видел то
что велено забыть
и прятать
под подолом
или в кадках
и никогда
о том не говорить.
. . .
Легко во сне
и трудно наяву
в воде не больно
в темноте не страшно
и на листе тоски
так славно написать
"я вас забыл"
и отослать обратно
в письме
на имя бога
в пустоту.
. . .
Жизнь действительно
кажется новой
словно кто-то
ее подменил
вдруг привел
совершенную другую
незнакомую
чудную жизнь
просто за руку
утром ко мне
и теперь я ее
так целую
словно юность
опять началась
и играет вокруг
новый май
в свои нежные игры
ночами
и большая звезда
золотая
вновь упала
ко мне на ладонь.
. . .
Хочу услышать
просто шелест листьев
здесь под окном
в своем пустом дворе
увидеть небо
очень голубое
такое же
как юная душа
и плыть на облаке
красивом и большом
в другие времена
и страны
затем опять вернуться
темной ночью
в обнимку с маленькой
светящейся звездой
и стать цветком
с чудными лепестками
который расцветает
при любви
и никогда не верить больше
ветру
бродящему бездомно
над землей.
. . .
Нет никаких чудес
на этом свете
одни законы физики
приказывают жить
так
как им хочется
одеть сегодня плащ
Гарольдов
завтра тогу
или же халат
Обломова
кольчугу Дон-Кихота
и чешую Дракона
напоследок
и будет что
спокойно вспоминать
у старого камина
и в пижаме
когда приносит
горничная чай
и трубка догорает
между пальцев.
. . .
Какое сказочное небо
облака
покрыты позолотой
по краям
и кольцами
спускаются куда-то
за синий синий
дальний горизонт
а на земле
раскинулись сады
лежат и спят
зеленые пустые
и тени бродят в них
и ждут тебя
чтобы обнять
и вместе
жить на свете.
. . .
Я знаю
что мы взялись за руки
с тобой
хотя друг друга
больше
и не видим
как тени
мы плывем
все время рядом
и ощущаем плеск
огромных волн
о тихий
в темноте заснувший берег.
. . .
И музыка любви
приходит и уходит
будто ветка
качается тихонько
под окном
на ней
заплаканные листья
дрожат от страсти
стонут на ветру
который проникает
прямо в душу
и поднимает пух
щемящих чувств
такой же легкий
как твое дыханье
такой же нежный
как твои слова.
. . .
За воротник
скатились капли
это дождь
и волосы
лохмотьями взлетают
это ветер
и глаза слезятся
это солнце
слепит
а тень стоит
все так же
как всегда
одна
перед тобой
и лишь качается
не зная
что сказать.
. . .
Дни - это цепь
ее не разорвать
ты ей прикован к жизни
и все знаешь
о том
что камера темна
и до окна
конечно не дойти
а в нем
лишь только небо
как платок
которым кто-то
просто так
все машет.
. . .
Светает
и ладонью гладит
склонившись утро
вновь твое лицо
такое милое
знакомое как жизнь
в которой
о любви порой
не скажешь
в толпе прохожих
где-то у метро
и дома
в одиночестве
в кровати
когда лежишь
и рядом
только лампа
которая
все знает о тебе.
. . .
Забывчивость
всегда приходит
как беда -
забыл что дождь
и зонтика не взял
промок
и не согреться
и тоскую
забыл что холодно
и шапку не одел
и голову продуло
и болит
не голова -
душа
забыл что помню
и тебя и лето
когда ты приходила
словно утро
и я тебя любил
как любят
светлый мир
на него глядя
ласково и тихо
из темного
холодного окна.
. . .
Все образуется
но неизвестно как
в подзорную трубу
ты будущее не увидишь
как остров в океане
где тебя кто-то ждет
давным давно
и невозможно
загадать желанье
и вдруг на блюдечке
и получить
все то что хочется
иметь в своем кармане
жизнь сложится
всегда совсем не так
как ты мечтал
предвидел или думал
но может быть при этом
даже лучше
чем ты представил
в самом сладком сне.
. . .
Желания так просто
не исполнить
их исполняет кто-нибудь
за нас
и мы о нем не знаем
ничего
так словно нет его
на белом свете
а есть кругом
одни его дела
и он творит их
нас не замечая
как будто мы
лишь тени для него
и все покорно
исчезаем в полдень
и остается в мире
он один.
. . .
Все получается всегда
совсем не так
как нам приснилось
долгой темной ночью
но и не так
как показалось днем
когда светило
ласковое солнце
а удивительно
и странно как всегда
как будто бы
луна сорвется с неба
и мячиком
покатится на землю
тебе под ноги
в час когда душа
вдруг обретает
радостные крылья
чтоб улететь
в восторге в небеса.
. . .
Весна на свете -
время все забыть
во имя синего
и ласкового неба
во имя солнца теплого
как губы
которые умеют целовать
во имя юной
радостной листвы
что на деревьях
весело танцует
во имя трав зеленых
и цветов
они уже
так нежно распустились
и ждут любви
такой большой и доброй
когда мир тонет
в счастье молодом.
. . .
Жизнь вокруг
питает тебя светом
будто с ложки кормит
чудной кашей
в ней источник
счастья и любви
а ты маленький
ребенок неразумный
лишь с восторгом
открываешь рот
и доволен сам
своей улыбкой
рад что ничего еще
не знаешь
что придет потом
а что уйдет
что забудется
чему дано остаться
в твоем мире
другом и врачом
а что просто
перевоплотится
в облака на дальнем
синем небе
чтоб уплыть
в другие времена
и в другие страны
где так просто
жизнь всегда
с начала начинать.
СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ:
Носов Сергей Николаевич. Родился в Ленинграде ( Санкт-Петербурге) в 1961-м году. Историк, филолог, литературный критик, эссеист и поэт. Доктор филологических наук и кандидат исторических наук. С 1982 по 2013 годы являлся ведущим сотрудником Пушкинского Дома (Института Русской Литературы) Российской Академии Наук. Автор большого числа работ по истории русской литературы и мысли и в том числе нескольких известных книг о русских выдающихся писателях и мыслителях, оставивших свой заметный след в истории русской культуры: Аполлон Григорьев. Судьба и творчество. М. «Советский писатель». 1990; В. В. Розанов Эстетика свободы. СПб. «Логос» 1993; Лики творчестве Вл. Соловьева СПб. Издательство «Дм. Буланин» 2008; Антирационализм в художественно-философском творчестве основателя русского славянофильства И.В. Киреевского. СПб. 2009.
Публиковал произведения разных жанров во многих ведущих российских литературных журналах - «Звезда», «Новый мир», «Нева», «Север», «Новый журнал», в парижской русскоязычной газете «Русская мысль» и др. Стихи впервые опубликованы были в русском самиздате - в ленинградском самиздатском журнале «Часы» 1980-е годы. В годы горбачевской «Перестройки» был допущен и в официальную советскую печать. Входил как поэт в «АНТОЛОГИЮ РУССКОГО ВЕРЛИБРА», «АНТОЛОГИЮ РУССКОГО ЛИРИЗМА», печатал стихи в «ДНЕ ПОЭЗИИ РОССИИ» и «ДНЕ ПОЭЗИИ ЛЕНИНГРАДА», в журналах «Семь искусств» (Ганновер), в петербургском «НОВОМ ЖУРНАЛЕ», альманахах «Истоки», «Петрополь» и многих др. изданиях, в петербургских и эмигрантских газетах.
После долгого перерыва вернулся в поэзию в 2015 году. И вновь начал активно печататься как поэт и в России и во многих изданиях за рубежом от Финляндии и Германии, Польши и Чехии до Канады и Австралии - в журналах «НЕВА», «Семь искусств», «Российский Колокол» , «ПЕРИСКОП»», «ЗИНЗИВЕР», «ПАРУС», «АРТ», «ЧАЙКА» (США)«АРГАМАК», «КУБАНЬ». «НОВЫЙ СВЕТ» (КАНАДА), « ДЕТИ РА», «МЕТАМОРФОЗЫ» , «ЛИТЕРА НОВА», «ГРАФИТ», «ЛИТКУЛЬТПРИВЕТ!», «СОВРЕМЕННАЯ ВСЕМИРНАЯ ЛИТЕРАТУРА» (ПАРИЖ), «МУЗА», «ИЗЯЩНАЯ СЛОВЕСНОСТЬ», «НЕВЕЧЕРНИЙ СВЕТ, «РОДНАЯ КУБАНЬ», «ПОСЛЕ 12», «БЕРЕГА», «НИЖНИЙ НОВГОРОД». «ДЕНЬ ЛИТЕРАТУРЫ» и др., в изданиях «Антология Евразии», «АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ ХХ1 ВЕКА». «ДЕНЬ ЛИТЕРАТУРЫ», «ПОЭТОГРАД», «ДРУГИЕ», «КАМЕРТОН», «АРТБУХТА», «ЛИТЕРАТУРНЫЙ СВЕТ», «ДЕНЬ ПОЭЗИИ» , «АВТОГРАФ», «Форма слова» и «Антология литературы ХХ1 века», в альманахах « НОВЫЙ ЕНИСЕЙСКИЙ ЛИТЕРАТОР», «45-Я ПАРАЛЛЕЛЬ», «ПОРТ-ФОЛИО»Й (КАНАДА), «ПОД ЧАСАМИ», «МЕНЕСТРЕЛЬ», «ИСТОКИ», «БИЙСКИЙ ВЕСТНИК», «ЧЕРНЫЕ ДЫРЫ БУКВ», « АРИНА НН» , «ЗАРУБЕЖНЫЕ ЗАДВОРКИ» (ГЕРМАНИЯ), «СИБИРСКИЙ ПАРНАС», «ЗЕМЛЯКИ» (НИЖНИЙ НОВГОРОД) , «КОВЧЕГ», «РУССКОЕ ПОЛЕ», «СЕВЕР», «РУССКИЙ ПЕРЕПЛЕТ», «БАЛТИЙСКИЙ БЕРЕГ» (КАЛИНИНГРАД), «ДАЛЬНИЙ ВОСТОК», «ЛИКБЕЗ» (ЛИТЕРАТУРНЫЙ АЛЬМАНАХ), в сборнике посвященном 150-летию со дня рождения К. Бальмонта, сборниках «СЕРЕБРЯНЫЕ ГОЛУБИ(К 125-летию М.И. Цветаевой), «МОТОРЫ» ( к 125-летию со дня рождения Владимира Маяковского), «ПЯТОЕ ВРЕМЯ ГОДА» (Альманах стихов и прозы о Любви. «Перископ»-Волгоград. 2019), «Я ДУМАЮ. ЧТО ЭТО ОТ БОГА…» ( Сборник стихотворений современных авторов к 80-летию Иосифа Бродского. «Перископ- Волга». 2020 ) и в целом ряде других литературных изданий.
В 2016 году стал финалистом ряда поэтических премий – -премии «Поэт года», «Наследие» и др.
Является автором более 18-ти тысяч поэтических произведений. Принимает самое активное участие в сетевой поэзии.
Стихи переводились на несколько европейских языков. Живет в Санкт-Петербурге.
Свидетельство о публикации №120101802770