В сияньи замирающих дерев
Блуждали тени знаков, мне знакомых,
Я руки к ним дрожащие воздев,
Слыхала тени звуков, мной ведомых.
И колыхались взгляды в тишине
И обвивался стан нашептов свитком,
Хрустели ветви падшие во мгле,
И упивалась я искрящимся напитком.
Я волновала публику теней
Присутствием земным и слишком живным,
Они толкали в свет непрошенных гостей
И звали голосом подводно-гулким дивным.
Сшепнул мне голос древний и знакомый
Звезды моей речение и боль,
Летели в надписях огни, мороз и громы
И подписи невыполненных воль.
Другая развернула ветви вяза
И простонала, в грудь мою входя.
Прошла меж нами земле-лунно-фаза,
Вздохнула в ветви тень, из сердца выходя.
В телах своих незнаемых не зная утоленья,
Бродила меж нашептов, кругов мир-забвенья,
И руки простирала в мглистый сон,
Багряный путь в рассвет забытых зон.
В ладони белые стекали горсти зноя,
Стопы печалились туманами полей,
Стрекоз зеленых волновались души-рои,
Шептал из трав мне в ноги муравей...
Но вскрикнул мир днем свето-отражений.
Вернулся день, свет миро-искажений.
Бреду я вновь.
Одна... одна... одна...
А ночью шепчут голоса,
Гудят в подушку волоса
Напевом старым и знакомым,
Далеким свитком, мне врученным,
Горящим звуком, мной ведомым.
Париж
Из книги "Эпоха Техно" (сб. стихи/проза/публицистика,
М.: Вест-Консалтинг, 2018)
Свидетельство о публикации №120060900396