I
=============================================
ЯНВАРЬ
=============================================
1. МИХАИЛ СВИЩЕВ
Собачий пух, растёртый в порошок,
Кисель асфальта, тёплый кислый рислинг...
Подумаешь: "зимою хорошо"
Одна беда - зимой другие мысли.
==============================================
2. ВЕРА ПОЛОЗКОВА
Морозно, и наглухо заперты двери.
В колонках тихонько играет Стэн Гетц.
В начале восьмого, по пятницам, к Вере,
Безмолвный и полный, приходит пи**ец.
Друзья оседают по барам и скверам
И греются крепким, поскольку зима.
И только пи**ец остается ей верным.
И в целом, она это ценит весьма.
Особо рассчитывать не на что, лежа
В кровати с чугунной башкою, и здесь
Похоже, всё честно: у Оли Сережа,
У Кати Виталик, у Веры пи**ец.
У Веры характер и профиль повстанца.
И пламенный взор, и большой аппетит.
Он ждёт, что она ему скажет «Останься»,
Обнимет и даже чайку вскипятит.
Но Вера лежит, не встает и не режет
На кухне желанной колбаски ему.
Зубами скрипит. Он приходит на скрежет.
По пятницам. Полный. И сразу всему.
==============================================
3. ВЛАДИМИР НАБОКОВ
Тень за тенью бежит - не догонит,
вдоль по стенке... Лежи, не ворчи.
Стонет ветер? И пусть себе стонет.
Иль тебе не тепло на печи?
Ночь лихая... Тоска избяная...
Что ж не спится? Иль ветра боюсь?
Это - Русь, а не вьюга степная!
Это корчится черная Русь!
Ах, как воет, как бьется - кликуша!
Коли можешь - пойди и спаси!
А тебе-то что? Полно, не слушай...
Обойдемся и так, без Руси!
Стонет ветер все тише и тише...
Да как взвизгнет! Ах, жутко в степи...
Завтра будут сугробы до крыши...
То-то вьюга! Да ну ее! Спи.
==============================================
4. СЕРГЕЙ А. ШЕСТАКОВ
небо все выше выше все дальше земля земля
мир стал сплошной прорехой не подберешь лоскут
температура времени падает до нуля
утром тебя разбудят но не спасут
встанешь и вновь умрешь в эту жизнь в ее
прелесть и персть что подымут как донный ил
люди и птицы ангелы и зверье
боги и рыбы все кто тебя любил...
==============================================
5. ИННА ЛИСНЯНСКАЯ
Выплачу очи и речи лишусь от плача.
Ой, мне на свете жить почти невозможно, —
Ни от кого и ничего не пряча,
Я открываюсь перед людьми оплошно.
Так что кому не лень, тот меня клюнет
В самое темя, а в лучшем случае — в спину.
Так что кому не лень, тот в меня плюнет,
И от растерянности ширше я рот разину.
Ой, для чего из глаз выношу я слёзы,
Будто бы сор из избы, давно не метённой,
Или из ящика сумеречные прогнозы
Метеоролог с мимикою смущённой.
==============================================
6. ВИТАЛИЙ АМУРСКИЙ
В мороз монета клеилась к стеклу,
Глазок на белом фоне образуя,
И, взгляд к нему пытливо пристегнув,
Смотрел я, помню, в эту амбразуру.
Темнели в ней знакомые дома,
Деревья и, по-зимнему суровы,
Дробились на оттенки и тона
На улице лежащие сугробы.
О, давняя зима, зачем душа подчас
К твоим снегам мерцающим влекома,
Как будто в них оставив свою часть,
Хотя порою было нелегко там.
Нет, не порою даже, а всегда,
Когда внутри всё стыло и снаружи,
А подо льдом, прозрачным, как слюда,
Уже без трещин оставались лужи.
В часы такие ветер затихал,
Но для души отыскивался повод
Припоминать о пушкинских стихах,
Где воспевался схожий с этим холод.
==============================================
7. ЕВГЕНИЙ РЕЙН
Нет вылета. Зима.
Забит аэродром.
Базарный грош цена тому, как мы живем.
Куда мы все летим?
Зачем берем билет?
Когда необходим один в окошке свет.
Я вышел в зимний лес,
прошел одну версту,
и то наперерез летел всесильный "ТУ".
Он сторожил меня овчаркой злых небес.
Я помахал ему перчаткой. Он исчез.
И я пошел назад по смерзшейся лыжне.
Я здорово озяб, и захотелось мне
обратно в теплый дом, где мой в окошке свет.
Крылом и колесом не оправдаться, нет!
==============================================
8. МАРИНА АСМУС
обнажена.обнежена.
обижена.заснежена.
не прошена.не брошена.
снегами запорошена.
напрасно сердобольная.
не взрослая.не вольная.
плохая.нехорошая.
не прошена.не брошена.
к тебе не охладевшая.
душой заледеневшая.
печально-недовольная.
не взрослая.не вольная.
до сердца не добитая.
тобою не забытая.
не умная.не смелая.
шальная.оголтелая.
поэтка-фортепьянница.
не дура и не пьяница.
послушная и трезвая.
счастливая и резвая.
младая,да усталая.
не много и не мало я-
обнажена.обнежена.
обижена.заснежена.
==============================================
9. ГЛЕБ АРТХАНОВ
Над яйлой облако с лицом Волошина.
Волосья волнами и борода.
Степными ветрами оно взъерошено.
Клубится буйная их череда.
Бегут от Питера дымы прогорклые,
Где стены серые и потолок,
Чтоб всплыть над Ялтою кудрявым отроком,
Чтоб неба Таврии вдохнуть глоток.
Отрада вольная брегов таврических,
Во снах зовущая и наяву…
И если сложится пролог эпический,
И я на облаке здесь поплыву…
==============================================
10. ИНГА ПАВЛОВА
Январское
А вдруг и вспомнить будет нечего
из этих мимолётных встреч?
Шёл человек навстречу нам.
Нет, обогнал, и маска с плеч
его смеялась пустоглазая,
и ты узнал её - Дали.
Потом кормил меня рассказами
с руки. И если бы могли
мы выбрать (а могли бы ведь)
из всех местоимений "мы"...
Тянулась длинная, как исповедь,
река под бременем зимы,
жила, закованной, фонтанная
в гранит, от инея седой.
И ночь безумная, туманная
цвела рождественской звездой.
==============================================
11. ИОСИФ БРОДСКИЙ
Шведская музыка
Когда снег заметает море и скрип сосны
оставляет в воздухе след глубже,
чем санный полоз,
до какой синевы могут дойти глаза?
до какой тишины
может упасть безучастный голос?
Пропадая без вести из виду, мир вовне сводит счеты с лицом,
как с заложником Мамелюка.
...так моллюск фосфоресцирует на океанском дне,
так молчанье в себя вбирает
всю скорость звука,
так довольно спички, чтобы разжечь плиту,
так стенные часы, сердцебиенью вторя,
остановившись по эту, продолжают идти по ту
сторону моря.
==============================================
12. НИКА ТУРБИНА
Не побеждайте победителей,
Судьба им выпала на круге.
И выстрела на старте сила
Вас отдаляет друг от друга.
А побежденным - камнем в спину,
Терновником тропа устелена.
Непобедимы победители,
Но это до поры, до времени.
1985-1987
==============================================
13. НИКОЛАЙ ПЕРЕЯСЛОВ
О, как тут не сойти с ума,
в просторы глядя полусонные,
где только низкие дома,
по крышу снегом занесённые?
Где только неба белизна
от ветра колкого качается,
как будто тонкая стена,
что не увидеть — где кончается...
==============================================
14. РОАЛЬД МАНДЕЛЬШТАМ
Вечерами в застывших улицах
От наскучивших мыслей вдали,
Я люблю, как навстречу щурятся
Близорукие фонари.
По деревьям садов заснеженных,
По сугробам сырых дворов
Бродят тени, такие нежные,
Так похожие на воров.
Я уйду в переулки синие,
Чтобы ветер приник к виску,
В синий вечер, на крыши синие,
Я заброшу свою тоску.
Если умерло всё бескрайнее
На обломках забытых слов,
Право, лучше звонки трамвайные
Измельчавших колоколов.
==============================================
15. АЛЛЕС ЛЮГЕ
обо мне звезде и об ананасной воде
подай мне ананасовой воды
как ты умеешь - красочно/картинно
я бородой святого валентина
клянусь что мне отныне до звезды
до той с которой междугорода
до той что с неба милому упала
до той что жжёт сильней того напалма
другой уже не будет никогда
не потому чтоб я её того
а потому что мы одно и то же
и друг без друга мы увы не можем
а больше здесь и нету никого
когда повсюду клин куда ни кинь
и выбывают игроки из круга
моя звезда одна моя подруга
на их местах восходит как полынь
и ситуация как пень ясна
те кто не с нами те обычно в яме
холодными прозрачными слоями
на петроград наложена весна
сливаясь с окружающей средой
я высыхаю пятнами на сером
но с вновь отформатированным сердцем
я тупо продолжаю быть звездой
куда уж хуже если неглиже
гвоздят навылет реплики из зала
шестнадцать килограммов слёз слизала
в винительном склонившись падеже
и кто я после если не звезда
а пьеса ваша глупая дрянная
молчи уже молчи сама всё знаю
ну где там ананасная вода?
==============================================
16. СТЕПАН ЩИПАЧЁВ
Как хочешь это назови.
Друг другу стали мы дороже,
Заботливей, нежней в любви,
Но почему я так тревожен?
Стал придавать значенье снам,
Порой задумаюсь, мрачнея...
Уж, видно, чем любовь сильнее,
Тем за неё страшнее нам.
1944
==============================================
17. ОЛЬГА ДЕНИСОВА
ПОД СТЕКЛОМ
Ах, Фауст, сколько их – реторт!
Ты сам снаружи или в колбе
Над философским камнем скорби?
И ассистирующий черт,
Всегда готовый на ответ,
Тебя читающий, как книгу,
В твоем кармане держит фигу
И носит красный твой берет.
Желанье длить эксперимент
С годами уходить не хочет,
И ассистент опять хлопочет,
И ловит душу на момент.
Всепроникающий, как дым,
С тобой сливается все чаще,
Манипулируя над чашей,
Он шепчет голосом твоим,
Что закипит опять бульон,
Такой питательный когда-то.
Грозы весеннее стаккато
Из кабинета гонит вон,
И застаешь себя врасплох
В каком-то садике с девицей,
И дышит в ухо козлолицый,
И говорит, что вот он, Бог.
==============================================
18. МИХАИЛ ЦУК
Заочный монолог
Зима мой друг. Все снегом замело
До смерти. До весны. До беспредела.
Стучит метель в оконное стекло,
И злится потому что проглядела
Тебя, поскольку, маясь ерундой,
Кляня свой век и каясь эпатажно,
Ты улетел в пустыню за водой.
(Ты так сказал. А улетел за жаждой).
Метель ревнует. Лепит слово «блин»
И сердится, и хочет побыстрее
Проникнуть внутрь, где у людей камин,
А если не камин, то батарея,
Где люди ублажают естество:
Пьют крепкий чай и кушают печенье.
И пусть метель не любит никого,
Но у нее свое предназначенье,
Которое подобно колдовству,
А значит, обижаться некрасиво
За то, что все полеты наяву –
Безумная растрата керосина.
Но ты в песках держись и будь здоров:
Однажды утром, после перепитий
Пижоны посчитают мастеров
И каждому дадут по Маргарите.
Метель простит. Уляжется в углу.
Обрадуется, что ее не гонят,
Увидит капли воска на полу,
Вздохнет и грустно дунет на ладони.
==============================================
19. ВАЛЕРИЙ ЧЕРЕШНЯ
Длительность дня, непомерная длительность дня
с медленным весом холодного зимнего утра,
с хрупким сплошным целомудрием снежного льна,
словно сгустилась седая алмазная сутра
и разрослась в неизбежную длительность дня,
где и застыла, не падая вниз, ни
вверх не взлетая, сама себе бережно сня
образы жизни, бесплотные образы жизни.
Сумерки сгладят корявые линии дня,
свет истолчется в закатной пылающей ступе,
силу теряя, державшую контуры, льня
к той темноте, что когда-нибудь к сердцу подступит.
==============================================
20. АГНИЯ БАРТО
Буква Р
Пять лет Сереже в январе,
Пока — четыре, пятый,
Но с ним играют во дворе
И взрослые ребята.
А как на санках, например,
Он с гор летает смело!
Сереже только буква «р»
Немного портит дело.
На брата сердится сестра,
Ее зовут Марина.
А он стоит среди двора,
Кричит:— Ты где, Малина?
Она твердит:— Прижми язык,
Прижми покрепче к нёбу!—
Он, как прилежный ученик,
Берется за учебу.
Твердит Марина:— «Рак», «ручей».
Марина учит брата.
Он повторяет:— «Лак», «лучей»,—
Вздыхая виновато.
Она твердит:— Скажи «метро»,
В метро поедем к дяде.
— Нет,— отвечает он хитро,—
В автобус лучше сядем.
Не так легко сказать «ремень»,
«Мороз», «река», «простуда»!
Но как-то раз в январский день
С утра случилось чудо.
Чихнула старшая сестра,
Он крикнул:— Будь здоррррова!—
А ведь не мог еще вчера
Сказать он это слово.
Теперь он любит букву «р»,
Кричит, катаясь с горки:
— Урра! Я смелый пионеррр!
Я буду жить в СССР,
Учиться на пятерррки!
==============================================
21. ЮРИЙ ЛЕВИТАНСКИЙ
Время белых стихов, белизна, тихий шаг снегопада, морозная ясность
прозрачного зимнего дня,
византийская роспись крещенских морозов
на стёклах души,
как резьба, как чеканка – по белому белым –
дыши не дыши –
не оттает уже ни единый штришок на холодном
стекле.
Время белых стихов, эти белые строки,
как белые рощи,
зиянье резной белизны,
где случайные рифмы, как редкие вспышки
рубиновых ягод рябин, хоронящихся в тень,
как снегирь, как синичка – на кончике ветки – внезапно –
тень-тень! –
хотя речь тут совсем не о рифме,
нет, дело не в рифме,
и речь тут идёт не о ней.
Время белых стихов, эти строки,
всего только время и сроки,
мгновенье и час
обостренного зренья, последних прозрений,
последних надежд
и последних утрат,
это возраст души, это воздух предгорий
и горных вершин, Эверест, Арарат,
где останки ковчега под снегом
с последним ночлегом
так просто уже рифмовать.
Это строгие строки классической прозы,
и белые розы у вас на окне,
и внезапные слёзы, причина которых не страх
перед чёрною бездной
и горным обвалом
куда-то несущихся лет,
а щемящий восторг перед чудом творенья
и чудом явленья на свет,
перед этой счастливой удачей –
однажды случайно возникнуть,
явиться
и быть.
==============================================
22. ОЛЬГА ХОХЛОВА (ОЛЬХЕН)
Рождество
миндаль горчит под языком
миндалины горят
сегодня верится легко
во все /во все подряд!/
пришедший день - как Божий дар -
развёртывать вдвоем.
двух зол - "всегда" и "никогда" -
в поступке нет твоем
а есть дороги хрупкий наст
есть ветер - вглубь и сквозь
есть час перечеркнувший нас
крест-накрест - все сбылось
витая канитель зимы
и канифас небес
и этот день. и Бог. и мы.
и ни души окрест.
==============================================
23. ЮЛИАН ФРУМКИН-РЫБАКОВ
кто ты, перед листом бумаги,
истец? свидетель? логопед?
в ней пена пива, реки, раки,
в ней пафос жизни, жизнь в бараке,
Барак Обама, моно браки,
вся камарилья здешних лет
чего, чего в ней, чистой, нету:
и первородные грехи,
и Гефсиманский сад рассвета,
где скоро третьи петухи,
тебя ж, к барьеру и к ответу,
в ней требуют твои стихи,
все ненаписанные строчки,
все заполошные слова,
укроп метафор, эхо точки,
знобящий ужас одиночки,
слов каменные жернова
тебя, заштатного писаку,
сыграет этот белый лист,
ты весь в нём, до седьмого знака,
упавший с дуба гуманист,
ты - лист смородины, ты – этот,
слепой у родины урок,
к барьеру требуют, к ответу,
тебя, приставка и предлог…
ты в них, ты вник - вне текста нету
ни тверди, ни поводыря…
смотри, как тянет сигарету
восход, в подвале января…
==============================================
24. ЮННА МОРИЦ
РОЖДЕНИЕ КРЫЛА
Все тело с ночи лихорадило,
Температура - сорок два.
А наверху летали молнии
И шли впритирку жернова.
Я уменьшалась, как в подсвечнике.
Как дичь, приконченная влет.
И кто-то мой хребет разламывал,
Как дворники ломают лед.
Приехал лекарь в сером ватнике,
Когда порядком рассвело.
Откинул тряпки раскаленные,
И все увидели крыло.
А лекарь тихо вымыл перышки,
Росток покрепче завязал,
Спросил чего-нибудь горячего
И в утешение сказал:
- Как зуб, прорезалось крыло,
Торчит, молочное, из мякоти.
О господи, довольно плакати!
С крылом не так уж тяжело.
==============================================
25. АРСЕНИЙ Ж-С
жбин
Живёшь быстрее и насыщенней,
чем сил хватает написать.
Давай, мой бог, насыпь ещё!
Мне мало зёрен на весах!
Свяжи событий хворост накрепко,
чтоб ни полслова не впихнуть
в зазор меж практикой и практикой,
ни мысли, ни чего-нибудь.
А если вдруг случиться отдыху
или сомнениям святым
затворника, сквозь эту оптику
рассматривать страстей следы:
во зле оставлены, в экстазе ли,
пока носился дураком...
То дай мне бог сухой фантазии,
писать о чём-нибудь другом.
==============================================
26. МАРИНА КУДИМОВА
Никогда не ведаю часапояса,
Даже малой разницы не ухватываю,
В закромах копаяся, в спудах рояся, –
Полседьмое или, там, полдевятое.
До темнадцати меньше, чем до светладцати, –
Вот и всё, что можно понять, пожалуй,
Пред лицом сумятицы, циферблатицы.
Ноги свесить: «Время, где твоё жало?»
Если стрелки есть, значит, есть и стрелочник,
Мозаичник, плиточник и отделочник.
Если зелень прыгает электронная,
В этом что-нибудь надо искать резонное:
Оставаться с таком, кривиться тиками,
Расспросив о роли судьбу-вампуку,
Допытав её, под какими никами
Здесь плагины грузят – любовь, разлуку, –
Чем отлично рыбье от старческого дыхание,
Или Млечный путь от пути дыхательного,
Или массовое сознание
От коллективного бессознательного.
==============================================
27. ВАРЛАМ ШАЛАМОВ
Сыплет снег и днем и ночью.
Это, верно, строгий бог
Старых рукописей клочья
Выметает за порог.
Все, в чем он разочарован —
Ворох песен и стихов,-
Увлечен работой новой,
Он сметает с облаков.
==============================================
28. НАТАЛЬЯ ПАНИШЕВА
Зимородок
В октябре стекленеет даль, зеленеет медь,
Начинает земля забываться и каменеть,
На сухой траве расцветает белёсый иней...
Одевайся теплее, в сад выходи, гуляй,
В такт своим шагам неуверенно повторяй
Ледяное, пустое, с чужого плеча имя...
...синеватое, длинное...Ей не идёт оно.
Нынче вечером, в доме будет уже темно,
Ты её лицо приподнимешь за подбородок
И, с трудом унимая нервную в пальцах дрожь,
Ты её на веки вечные назовёшь
Этим нежным печальным прозвищем - Зимородок.
==============================================
29. СЕРГЕЙ ВАСИЛЬЕВ
С грибницею гробницу то роднит,
Что там и там бессмертие хранится:
Грибница дышит, и поёт гробница
Простыми голосами аонид.
И жизнь, как не сказал бы Парменид,
Равнo в обеих тужится, зернится,
И времени лишь стоит накрениться —
Враз вырвется и не повременит.
Начнёт щемить печалью молодой,
Хозяйничать над мёртвою водой,
Вотще меняя времена и числа,
Смущая нас картавостью скворца
И желчью пчёл. Спросить бы у Творца,
Зачем Он в звук вложил так много смысла?
==============================================
30. ЮЛИЯ ДРУНИНА
Есть круги рая,
А не только ада.
И я сквозь них,
Счастливая, прошла.
Чего ж мне надо,
Да, чего ж мне надо?
Ни на кого
Держать не стану зла.
За все, что было,
Говорю — «спасибо!»
Всему, что будет,
Говорю — «держись!»
Престолы счастья
И страданий дыбы:
Две стороны
Одной медали —
«Жизнь».
==============================================
31. АНДРЕЙ НЕБКО
Прощание
Пришла пора расстаться. Не ропщи,
что ничего и не успели толком.
И ангелы. Их серые плащи
и тёмные очки. В морозе колком
как будто бледный марганец разлит.
Такой я эту землю и запомню.
Ты спрашиваешь, больно ли? Болит
лишь боль, в живом нащупывая ровню,
а я – уже не здесь. А где – бог весть.
Вязальный луч прокалывает шёрстку
морозную. И ты смахнула блёстку
с ресницы. Значит, что-то было? есть?
останется?.. Прости, но как-то не до
тебя. Себя. Следа. А слёзы – дань
обряду... Соскочу с велосипеда
у грани, и шагну за эту грань.
==============================================
Свидетельство о публикации №119081904129