Творение
Тревожно встала средь листа.
В поэзии одна дорога:
Надежно искренна, чиста,
Проста затмением прелюдий,
В которых есть игра прозрений,
И толпы самобытных мнений,
И суть изъяна — что глиста;
Тот слог: пищеваренье духа.
И снова глас с небес до слуха,
И вновь затмения короста.
Но пробиваешь рифмой путь,
Созвучие верша как саван
Главе восставшей над гробо́м.
Во мраке чувства спазма жуть:
Сел стих в покойницкой: свершен.
Накрыт бессмысленно, и лбом
Идет чтоб встать чуть-чуть в наклон...
Глаза распахнуты сквозь сердце:
Руками се творенье ждет
По воздуху касанье дверцы,
В которую ступив войдет...
Сомнительная сущность слога
Тревожно встала средь листа.
Тот лист — в предчувствие дорога.
Там мир. И время. И мечта,
Что возведет усилье в храмы;
Войдет судьбою и строкой...
И вот уж стих реченьем драмы,
В объятиях сплошной пижамы,
Кладется в ложе на покой.
Не гроб ли? Нет, как будто. Тихо.
Крепи́т предчувствие что жив он
Простое в сердце созвучий лихо;
И суть шкребется в унисон.
Сомнительная сущность слога
Тревожно встала средь листа.
Отвесила земной поклон. Строга.
Насуплена немного. Вымыта
Слезами дерзновений ясных.
В движениях своих прекрасных
Стихом как вечностью — пресвята.
Свидетельство о публикации №119052300304