Ненависть к культуре
"...виллы, яхты, ****и - конечно, кайфуй там где бесконечно..."
(Мамонов, Интервью в лесу)
Зимой, когда себя ломая,
я не торчал и сильно пил,
котёл сломался и до мая
я печень жёг и тем топил.
Я спал в снегу, долбся в замок,
сягал гумозом за зайчихой,
за трупом - в полынью нырок,
я плыл стремительно и тихо.
Я рассчитал лабораторью,
чтобы алхимить дёрн и мох,
ходил посрать на лукоморье,
во мне пресёкся ход эпох.
Весной, уже кусты ломая,
я выбрался к большой реке,
попалась девка городская -
дожёвывал на островке.
Я на Саяны заплывая,
подгрыз основы всех стропил,
и, щепками навзрыд рыгая,
потоп в лесах предвосхитил.
Я прусь сомом, цвету прыщём,
пылаю спиртом, льюсь мочой,
смрадю козлом, говном, ***м,
мне адски-райски горячо.
Я непосредственно наладил
канал космических чудес,
я тени мертвецов отвадил,
с меня охуевает лес.
Там на заведомых лужайках
безногие толпяться в майках,
ко мне все змеи и амфибьи
протягивают лапы рыбьи.
В моей душе - всё место твари:
свинье, лягухе, бабе, тле,
на грибоправильном отваре
бледнею царственно во мгле.
Я спервобытстван кардинально,
я опроверг и дарвинизм,
и гумманизм, и фигурально
мной обесчесчен солипсизм.
Какие виллы, яхты, ****и?!
Какие семьи, знанье, свет?!
Цивилизацья?! - Чего ради!?
Культуре я ответил: - Нет!...-
Ненависть к поэзии
(тихие долини спят во мгле ночной
горные вершины полны сизой мглой...)
грязные постели в них спят порой ночной
качанов капуста в воронке ротовой
корабли на мели подсели чередой
маньяки охуелии яу шёл в запой
пьяная головушка ластик на мудях
мухи жгут сомнения в добрых во людях
злая проститутка требует гондон
добрая в ти хую венерит регион
в больничные постели лягут мужики
бабы молодые постарше педаки
Ясва Люся Метко на пол не в кровать
на родной сторонке блевается опять
Скок сварю капусту
2а яйцас несу
Прыгв больничку людям
в кастрюльке отнесу
Белым в коридоре тихо посижу
в медсестрёнку Лилю кенозис вложу
заражуся тут-же, выйду из запоя
мне от рези писать не сподручит стоя
тихо сизым утром я пораньше встать
госпитализируюся в чистую кровать
те самые яички были не мои
отложились свыше - коровии грибы
мне их запрещала рвать и вялить мать
иначе бы не встал медичку обнимать
Хорошо как будет. - Будет ого-го!
Страшного не будет? - Будет Ничего!
Страшное забудет. - А когда, когда?! -
Будет, будет, будет, будет Никогда.
(Кастрюлька ты кастратка
на окне больничном
дольше уж не пахнешь
местом заяичным
пыхтишь теперь для Люси
сваи целлолитной
Метко брызжет кашей.
(Наэлектроплитно.))
Ненависть к поэзии 2
Эпиграф:
"...любовь...любовь...любовь... любовь..."
(ВИА Мамонов и Алексей, песня Любовь)
Любовный флирт как средство от душевных ран
сомнителен. - Но что-ж ещё пристало,
когда прищепками приделанный карман
не тяготит улов презренного металла.
Увидеть Вас позволил чудо-интернет,
и в миг всечувствия и похоти завеса
сошла с болта... - А может я поэт?
а Вы - моя далёкая Принцесса?
Фиалки, ландыша, шиповника, рябины
в сети исходит аромат от Вас,
и взор Ваш сочен как персидская маслина
насмешкою - пустой как рыбий глаз...
Ваш славный пасынок, братишечка, подлец
целует Вас застенчиво-игриво,
и пред экраном я, оторопев в конец,
елжу - от страсти судорожно-криво.
Я много раз давал торжественный обет:
ни в жизни больше не влюбляться
и грёзы страстные и нежные - О, нет! -
- с разводами трусами отгонять стараться.
Но в один миг разрушен призрачный покой,
лежат окурки жёлто-грязной кучкой:
- Была на сайте! - Милая, постой! -
- исчезла вдруг,... не помахав мне сухоручкой.
Иду на реку я, в смятении бегу,
я пьяный мыслью о тебе, сгустились сумерки,
мои следы на быстро-тающем снегу
на берегу свинцовой - как Чжудзян! - реки.
Но поутру душа не знает больше мора
и рвётся в поле русское - там где-то ведь и ты!
опять мне надобно родимого простора,
поесть (и принести тебе) грибы.
-------------
То был февраль, дожди и снег идут,
зимы намёк витает по-немецки странно,
мой друг спросил: - И как её зовут?
- и я ответил, еле слышно: ... - Жанна?... Анна? Ханна? Бранко? Эльке? Фаня? Пётр? ванна?...
Свидетельство о публикации №118031807764