Город
снова закрыл глаза. снова открыл
и -
взлетел.
лёгкая мгла, пелена, всполох -
и -
холод. и -
запах трав,
запах влажного ветра с реки.
как же долго я шёл.
как давно я
сюда
хотел.
а моё одеяло превращается в синюю мостовую.
а мокрые блики брусчатки
мешаются с талыми облаками.
а в груди у меня - рана.
из раны - цветы,
вверх по иглам взбираются к шпилям,
и там прорастают
снами.
я сливаюсь с мостами и площадью
я лежу на спине, и, не помня себя, хребтом
покорёженным
словно сонные сонмы, врастаю,
целую,
ласкаю
Города спину.
всё забываю.
не важно, что будет потом.
растираю угольную пыль по холсту,
словно землю по снежным полям.
как давно я ждал
этой чёрной земли.
я прошу -
не будите!
меня.
а не то не успею
доплакать
не успею сказать,
дописать,
долюбить,
и допеть
и дожить...
в марте кто-то кого-то спасёт,
променяв свою душу на веточку жизни,
тонкие крылья сломав,
в час, когда воспарят журавли.
в марте воздастся мёртвым Цезарям слава,
чаша до дна опустеет,
льдины дробятся,
Город лесом встаёт,
наплывает,
и тает
вдали.
25.02.18
Свидетельство о публикации №118022707318