чревовещание
у меня была горгона,
я не помню, как она выглядела:
была ли она красива, на какой-либо вкус,
или питалась просом, колесом, мясом, —
я не помню обстоятельств её догадки
о том, что липкие сны обывателя
ведут звезду к коллапсу по осенней тропинке,
снегопад вдоль которой усугубляет время,
и утром, когда перед стрелкой забрезжит шесть,
белка высовывается из иллюминатора,
вдыхает искрящийся вакуум
и говорит человеческим голосом:
— се — лайка твоя, последний эскимос на луне, —
не разевая при этом пасти
Свидетельство о публикации №116111705857