Советским поэтам
Избыток речи укрощаем
Когда по логике судеб,
Мы вечной жизни обещаем
Для тех, кто смертен, глух и слеп.
Осадок голоса и сглаза
На дне сухих сердец и душ.
Так помнит цвет пустая ваза
И древо снятый сахар груш.
Так, жадный к славе, рукописец,
Живой в величии своём,
Штампует мир - в словесный ситец
И просторечный чернозём.
Душок – духи и медный перстень
Зажав в кулак, грозится он,
Что пусть в глуши и неизвестен,
Правдив его песочный трон.
Читает медленно свой звук он,
Как чинит оным приговор.
И сам собою убаюкан,
Скользит в поэзию как вор.
Всё громче шаг его и связки.
Уже рифмует трёшки он,
Соски, болезни, водолазки
Плодит как головы Горгон.
А сам, играя с ночью в нарды,
Зовет сирен и аонид,
Влюблён в Джоконду Леонардо,
Вишневый шелк и чароит.
1992 Кёнигсберг
Свидетельство о публикации №116062005858