Муравьиная история
Что к нему без звонка по лощине,
Продвигаясь пешком, незнакомая рать,
Ищет ссоры невинной причину.
Зазвенели звонки, затрубили рожки,
И тревожно запели фанфары,
Муравьиное племя, одев сапожки,
Разделило все войско на пары.
Боевые друзья защитят Муравья
От нашествия вражеской рати,
И под утро - в росу, наточивши косу,
Будут драться за честь своей знати.
Чье-то чертово полчище движется к нам -
Шлют сигналы посты и дозоры.
Муравьиный Совет, каждый день по утрам,
Точит нервно кусачие шпоры.
И зовет Муравей Стрекозу на шесток.
Обращаясь к подруге давнишней,
Просит вновь облететь над землей островок,
И сообщить все без паники лишней.
И на помощь летит к Муравью Стрекоза,
И пикируя вниз головою,
Смотрит в оба, свои упирая глаза,
На шатры, что стоят под горою.
Очень странное войско в траве разлеглось,
За кустарником пряча тараны,
Разложивши костры, отдыхал этот гость,
От усталости сонный и пьяный.
И приснился врагу, муравьиный обед,
И гордится победой своей Муравьед.
-Эй, не рано ли праздновать в дреме победу?-
Затрещала грозя, Стрекоза Муравьеду.
И летит с донесеньем к друзьям Стрекоза,
А за нею в догонку и гром, и гроза.
И спикировав вниз на кусты, под листок,
Прицепились от ливня скрываясь,
А вокруг все кругом, незнакомый лесок,
И от злости гроза полыхает.
Ливень хлещет и шумом наполнился лес,
Зааукали вздохами дебри.
Филин, старый рассказчик былинных чудес,
Весь промок став похожим на зебру.
А сова - голова, не нужны ей слова,
Как боярыня в кресле расселась,
Озираясь вокруг, заявляет права,
Проявляя завидную смелость.
Стрекозинные крылья слюдою блестят,
И от капель намокло все брюшко.
Гром по молнии в землю пустил свой заряд,
Разрядивши небесную пушку.
Пролетают минуты и время не ждет,
Стрекоза от волнения страдает,
И забыв про опасность, опасный полет,
Не смотря ни на что, продолжает.
Суетятся в томленьи, без дел муравьи,
В ожиданьи последних известий,
Муравьиные песни в лесу соловьи,
Им поют о любви и о чести.
Наконец, на поляне собрался народ,
Муравьиное племя без счета,
Ожидает с утра стрекозиный прилет,
Веря в смелость и славу пилота.
Громогласное эхо повисло в лесу,
От приветствия дрожь задрожала,
Насторожив бежавшую мимо лису,
Эхо вслед за хвостом убежало.
А живой вертолет над поляной повис,
Рассчитав свое место посадки,
На кустах приветвился сшибая ирис,
На кустах ярко-красных и сладких.
От усталости крылья в суставах дрожат,
И тревогу забила простуда,
Стрекоза Муравью полноценный доклад,
Рассказала без фальши и блуда.
И поднял на войну Муравей свой народ,
Что заждался отвагой болея,
И пошли через лес, пробивая проход
Муравьи от восторга дурея.
Сотни тысяч букашек по лесу идут,
По тропинкам, следам муравьиным,
Пробираясь к местам, где построен редут,
На трущобах, у старой трясины.
Тишина, захолустье и жуткая глушь,
Все покрыто густой трын-травою,
А в кустах кувыркаются глупость и чушь,
Издеваясь одна над другою.
Топь болотная, заросли, звон тишины,
Пауками растянуты сети,
И бесшумно готовятся к встрече войны,
Муравьи, в этот день на рассвете.
Муравейники строит рабочий народ,
Протоптав на болоте тропинки,
И бегут муравьи, то назад, то вперед,
Напиваясь водой из росинки.
Что ж, стратегия верная, нужная вещь,
Все разыграно строго по плану.
Помогал в разработке стратегии Клещ,
Старый друг муравьиного клана.
И опять затрубили рожки и звонки,
И тревожно запели фанфары.
На подходе враги и открыты замки
У орудий от времени старых.
В одночасье послышался шепот вояк,
Длиноносое войско шагало,
Муравьед командир, самодур и остряк,
Вел отряд на войну для начала.
А кругом тишина и лишь редко в лесу
Хрустнет ветка сухая с надломом,
И стареющий шмель прогоняет осу,
Над холмом муравьиного дома.
Муравьеды - зверюги, большущий народ,
По сравненью с букашкой бегущей.
Неуклюжий, мохнатый, особенный род,
Продирается сказочной пущей.
Ну, а холм муравьиный покрыт муравьем,
От подножья до самого верха,
И особенный запах разносится в нем,
От работы и громкого смеха.
В беспокойстве от запахов зол муравьед,
Голодуха подводит желудки,
Он, как гончая нюхает свеженький след,
Позабыв про зловещие шутки.
Наконец, рать огромных, носатых зверей,
Прорвалась сквозь коварную пущу,
Во главе командир, в полной мощи своей,
Но голодный, уставший и злющий.
Впереди муравьиные горы стоят,
Там еды для солдат до отвала,
И не видно вокруг ни причин, ни преград,
Чтобы к ним подойти помешало.
Только вот над болотом, как туча стрекоз,
Развлекаясь закрыла пол леса.
Но, пока, ни нападок, ни даже угроз,
Для войны никакого прогресса.
У начала болота из веток плетень,
Маскировка по первому классу,
И не видно трясины, и кончился день,
Скрыв во тьме муравьиные трассы.
К нападению готовится шустрая рать,
И к сигналу атаки готова.
А на той стороне муравьиная знать,
В клятвы шьет муравьиное слово.
И букашечья хитрость почти удалась.
Пусть атака наступит скорее.
Муравьи, наблюдая, потешатся всласть,
Под рокочущий залп батареи.
А пока, ни одна из свирепых сторон,
Звездануть не решается прямо,
Залегли муравьеды за кряжевый склон,
Муравьи на болоте упрямо.
Ну, а голод не тетка, дает себя знать,
И зверье от обиды звереет,
И рычит командир, и грозит наказать,
И от злости под шерстью бледнеет.
Оценив обстановку ( стемнело уже),
Сам обходит поляну дозором,
А его солдатня, лишь в одном неглиже,
Продолжает ненужные споры.
Наконец, все готово, пора начинать,
И вперед покатились тараны,
А за ними ползком толстолапая рать,
И вожак-самодур полупьяный.
Вдруг, над ними опять, тучи диких стрекоз,
Не щадя, ни себя, ни соседа,
Атакуют врага, подтверждая прогноз -
Не видать им сегодня обеда.
И тряся головой, и катаясь в траве,
И рыча от обиды и злобы,
Наступают вперед с вожаком во главе,
Разозлив ненасытность утробы.
Но исчезли стрекозы - одна благодать.
Тишина, темнота - полегчало,
Хоть вожак-командир тут же начал ворчать,
И обидеть косого капрала.
Где-то там впереди светлячки, как зрачки,
Заморгали, стесняясь и прячась,
И не видно ни зги, и репейник крючки,
Выставляет, цепляясь дурачась.
Двадцать злобных, мохнатых, носатых бойцов,
К муравейникам двинулись с разных концов.
И подходит момент, и его не минуть,
И им всем суждено в этот день утонуть.
Им не ведома хитрость главы Муравья,
Полководца лесных академий,
И не знают они, что букашек семья,
Победит их без всяких сомнений.
Наконец, муравьям в это день повезло,
Туча черная небо закрыла,
И под это ненастье мохнатое зло
С громким криком себя погубило.
В наступление бросились с разных сторон,
В предвкушении быстрой победы,
И поплыл над болотом ужаснейший стон,
Утопавших в топи муравьедов.
А на утро опять, тишина и покой,
И болотная гладь под туманом,
Ну, а ты, мой читатель, страничку закрой,
И подумай над сказкой-обманом.
Свидетельство о публикации №115012611283