Трубят рога
В сини небесной кружат птицы Одина.
Бард онемел, серебряные струны оборвав. Умолкла лира.
Здесь пировала смерть в хмельном угаре осени.
Из черной гари поднимались ввысь, в немой мольбе
Деревьев ветви, схожие с руками мертвецов
И висельник свой танец на ветру плясал, волшбе
Ненастья подчиняясь. Три пряхи ткали савана покров
Из холода грядущих вьюг, снегов белеющих, туманов.
Там за чертою - пир, а за порогом – мор.
Серебряные сети паутины слов наполнены обманом,
Ядом вкрадчивых речей от бога лжи. Узор
На рукояти вязью рун. Не ведающий да не устрашиться
Грядущих бед. Достаться на потеху Хель
Иль пировать в чертоге – невелика удача. Искрится
Первый лёд, как Брисингамен, Фрейи ожерелье.
Цена всегда оправдывает средства. Когда и если
Я вернусь домой. С щитом иль на щите из поля брани,
Звучат пусть надо мной, холодной стали звоном, песни
Моей земли, для чужака проклятьем. Не рано ли
Пируете победу, хмельные кубки, поднимая к небу?
Проснулся в кольца свившийся дракон. Зима уж близко.
Падает багряный лист последний, с первым снегом
И умирает Ясень вековечный от яда василиска.
24 сентября 2014
Свидетельство о публикации №114092403103