Луч солнца сквозь решётку босиком
на цыпочках по стенке спрыгнул вниз
и, узника подняв на смерть пинком,
приятный думал преподнёс сюрприз.
Ни пить, ни есть не стал, собравшись в путь,
простился быстро с тенью лишь своей.
Присели вместе с нею на чуть-чуть,
махнула тень рукою, а он ей.
Припев:
Всё выпито и съедено, но сыть
в гранёном верном старом стаканЕ,
могилу рановато, братцы, рыть, -
остался в нём один глоток на дне.
Вела подруга смерть десятки лет.
Свистели, били по спине хлысты.
Рыдали, глядя, женщины во след,
а девочки бросали в смерть цветы.
Ступени вверх, штурмует Эверест
и ставит ногу, как вбивает гвоздь.
Там в облаках вершина, но нет мест,
хозяин лишь в аду, в раю он гость.
Припев:
Всё выпито и съедено, но сыть
в гранёном верном старом стаканЕ,
могилу рановато, братцы, рыть, -
остался в нём один глоток на дне.
Качнулась под ногами и ревёт,
плывёт над головами чей-то плачь,
но ждёт глоток в стакане сыти мёд,
постой, ты не спеши, дружок палач.
Смотрел на смерь в лицо, смотрел в упор,
в глазах потухла вечная печаль.
Давай руби, старик, бери топор!
И принимай, серебряная даль!
Припев:
Всё выпито и съедено, но сыть
в гранёном верном старом стаканЕ,
могилу рановато, братцы, рыть, -
остался в нём один глоток на дне.
Свидетельство о публикации №114031907836