Письмо Иосифу
Иосиф, Александровский потомок,
Между небес и твердей зыбких кромок,
Скажи стареющему сыну Авраама:
Ну, как там кущи, рощи, купидоны?
Строчишь ли желчно злую эпиграмму,
Иль упоенно зачитался Доном.
А мне тут зябко, дорожу минуткой.
Порою тошно, а порою жутко
От скалозубов, их подруг губастых,
Которые как слепни, мир не видя
И мысль любую тайно ненавидя,
В державном раже изнывают страстно.
Мой хрупкий друг, плешивый, как Овидий,
Всё тянешь, словно мойры, нити
Безвременных в миру ненужных связей
Между ушедшими, и страждущими ныне.
Как на причудливой Дали картине –
На каплю света океаны грязи.
А я тоскую, что тебя всё нету.
Жил без тебя, и без твоих советов.
Но мы ведь все – так изредка любимы.
И одиночество перегрызает горло,
Когда душа от горечи промокла,
Тогда летят, как помощь, серафимы.
И вырывают из больного сердца
Волшебное искрящееся детство,
И огнь безумный, словно меч, влагают -
Сберечь заблудшую и зябнущую душу,
И равнодушный старый мир разрушить.
А Муза на огонь слетит нагая.
Замрем как мухи на стекле времен,
Гербарием словес и твердых знаков.
Под сенью старых истин и знамен
Имперских с пивом вкусим красных раков.
А всё ж, мой друг, Империя жива,
Хоть и кружится славой голова.
Свидетельство о публикации №114011810007