Возраст
Писать куплеты мне про возраст,
Куда не глянь, везде бардак,
Тревожит мысли полумрак.
Обман, насилие, тревога,
Проснешься утром, слава Богу.
Уже измученным от сна,
От беспокойной, длинной ночи,
Мне мысли давит седина,
Лежишь и ничего не хочется.
И чтоб отвлечься от всего,
В потемках быстро поднимаешься,
Все так привычное кругом,
Водой холодной умываешься.
Идешь в рабочий кабинет,
Включаешь старенький компьютер,
Где никаких запретов нет,
Мечтам привольно и уютно.
Вольешься в новые миры,
Где сам летишь под небом лунным,
Не зная правила игры,
Встречаешь творческие будни.
Поток тревожных новостей,
где нетипичные разборки,
теракты смертников жестокие,
в порыве бешеных страстей.
Или авария на судне,
Или разбился самолет,
Воспринимать все это трудно,
Когда готовишься в полет.
Билеты раньше покупаешь
И целый месяц как в аду,
В поту холодном просыпаешься,
Во сне предчувствуя беду.
Об этих дрязгах постоянных,
Не смели раньше говорить,
В нынче на телеэкране,
Решили правду всю открыть.
И нам от этого не легче,
На сердце боль и пустота,
Что души светлые калечит,
В краю чудесном светлота.
Что нарушает мир, порядок,
Мешает творчески дышать,
И расслабляться людям старым,
Резвиться в радости мешать.
Так пролетает целый день,
Душа открыта, на подъеме
И покидает чувства лень,
Под крышей собственного дома.
Как будто снова молодой,
Всплывает образ королевы
И я зову ее звездой,
Горящей в радости и гневе.
Ее стремления, мечты,
Моей душе передаются,
Соблазн духовной чистоты,
И страх, что не смогу проснуться.
Приятно только вспоминать,
Что было в юности далекой,
Я не был с детства одиноким,
Роль тамады мог исполнять.
Не позволял, в часы досуга,
Обидеть истинного друга,
Все было сладко и тепло,
Послевоенное село.
Неимоверно разрасталось,
Пустой усадьбы не найти,
А ночью звезды зажигались,
Тех чудных дней не возвратить.
Простая тульская гармошка
И довоенный патефон,
Играли весело и звонко,
Был каждый в музыку влюблен.
Она невольно собирала,
Десятки молодых людей,
Большую роль притом сыграла,
В быту стремлений и идей.
Играли, пели, веселились,
Без неприятных, пьяных сцен,
И танцевали и резвились,
В кипучий времени момент.
Светились скромностью девчонки,
Улыбки, смех и нежный взор,
Носили длинные юбчонки,
Вели пристойный разговор.
Такого не было разврата,
В открытом виде, как сейчас,
Боялись грязью замараться,
Пристойность радовала глаз.
Женились больше молодыми,
Рождалась крепкая семья,
Гордилась детками своими
И мало кто сходил с ума.
При этом все друг друга знали
И родословную родных,
Себя в соблазне не роняли,
Не гнали рысью вороных.
Как и положено встречались,
И засылали в дом сватов,
Играли свадьбы и венчались,
В любви на многое готов.
Правда, в семье, не без урода,
Подонки были и тогда,
Влачили жизнь альфонса вроде,
И в деревнях, и городах.
Искали выгодную партию,
И браком связывались с ней,
И прожигали жизнь богатую,
Других нарядней и сильней.
Когда особенно сидели,
В автомобиле за рулем,
Смотрелись лучше, в самом деле,
Себя считали королем.
За счет принцессы, королевы,
Любили парни жировать,
А наслаждаться шли налево,
Но научились все скрывать.
Друзья покинули обитель,
И на кладбищенском дворе,
Уже историей забыты
И как резвились в той поре.
Еще довольно молодыми,
Они оставили сей мир,
Такими ж гордыми, простыми,
Главы семьи своих квартир.
Повырастали уже дети,
И сыновья лежат с отцом,
Их засосали пьянства сети,
Простились со своим крыльцом.
Лежат в кладбищенской могилке
И не дожив до тридцати,
Смущают нас своей улыбкой,
Готовой всех с ума свести.
Красавцы, ничего не скажешь,
А вот сгубил зеленый змий,
Ну, это все, как карта ляжет,
Судить о том не нам самим.
Примеры есть совсем другие,
Как сыновья у алкашей,
Поступки делают благие
Не пьют спиртное вообще.
А женщин любят, обожают,
Как новоявленных цариц,
Порывом чувств не обижают,
Прекрасных, юных озорниц.
И укрепляют свои корни,
Пускают зрелые ростки,
И рассуждают всесторонне,
Совсем не как холостяки.
Уходят сами по себе,
И королевы и принцессы,
А с ними страсти, интересы,
И след во времени в судьбе.
Души порывы и полеты,
В большом стремлении любить,
О ком-то искренне заботиться,
Словами мысли теребить.
Куда уходит все с годами,
Тех чувств волшебных глубина,
И блеск во взгляде милой дамы,
Померкнет, как пройдет весна.
С душевной страстью и подъемом,
Когда волнует зов крови,
Ты вносишь гордо вклад весомый,
В поток возвышенной любви.
Но, наступает зрелый возраст
И представляется другим,
Маршрут высокого полета,
И миг любви неповторим.
Ведут себя не так как надо,
Твои подруги за столом,
Когда повеса сядет рядом,
И лезет в душу напролом.
Всех занимает болтовнею,
О похождениях своих,
Как изменял с чужой женою,
В минутах жарких, дорогих.
Я сел в сторонке, на кровати
И за принцессой наблюдал,
В своих куплетах староватым,
Перед красавицей предстал.
И с этим нужно примириться,
Всему начало и конец,
И вечной страсти не добиться,
Так сотворил нас Бог творец.
И разум космоса в природе,
Как неподкупный бумеранг,
Вершит прекрасную погоду,
При изобилии в очаг.
Где нежность, мир, благополучие,
И понимание во всем,
Бурлит рекою жизнь кипучая,
И счастье в веке золотом.
Немного только постараться,
Необходимо в сложных днях,
В грязи слегка не замараться,
Беречь в достатке свой очаг.
С годами меньше волноваться,
Не лезть мечтами в кабалу,
Навстречу солнцу открываться,
И воздавать ему хвалу.
И исполнять заветы божьи,
И на работе и в быту,
Вести себя чуть осторожнее
И претворять в дела мечту.
Любой во времени наш возраст,
Прекрасен в мудрости своей,
Мы нынче в этом мире гости,
Дерзаем в поиске путей.
И что нас завтра ожидает,
Известно Богу одному,
Душа то вечно молодая,
Основа странствию всему.
Куда направится в итоге,
Рассудит сам господь судья,
Который примет у порога,
И обмануть его нельзя.
Пора сегодня пользы ради,
Свои дела пересмотреть,
И обновить мечты и взгляды,
Любовью искренней гореть.
Ну, а о возрасте не думать,
Придет нежданная пора,
Уйдешь спокойно и бесшумно,
Ты в мир иной и с плеч гора
Свидетельство о публикации №113122701948