И. Н. Григорьев Проводы см. ещё Григорьев4
Людмиле Зыкиной
Потому что я сам осенний, что ли,
Мне осень всего милей?
Догорает смирёхонько моё поле,
Пригасает под горький зов журавлей.
Приникает. А они курлычут, курлычут...
А им усыпленье - эхом - в ответ;
А их тонюсенькие берёзки кличут,
И одинокая девушка долго глядит вослед.
Взметнула руки к безучастному небу
И не шелОхнётся. Некуда? Не взлететь?
Стоит чужая желанная небыль,
Погруженная в прозеленённую медь.
А журавли всё выше, всё глуше,
Всё глубже тонут в прощальную тишь.
И вот уже нет их, лишь звон колокольный -
в уши;
И что в глаза наливается - не углядишь.
И я, затерявшийся, заробелый
И, может, чуточку сам не свой,
Гляжу, гляжу на платочек белый,
Застывший над непокрытою головой.
И зачем она? И о ком - так истово,
Так неусыпно, так целиком?
А вечер из-за осинника багрянолистого
Слизывает дорогу вкрадчивым языком...
А поле грустит о крылатых рыдальцах,
О судьбе своей, о весне, о нас.
Но белый флаг в терпеливых пальцах
Трепыхнулся, снизился. И угас!
Свидетельство о публикации №113052803153