Песок
стоянок, костров, остовы былых империй,
русла, высохшие без воды
и кости, лишенные погребений.
Барханы стремятся укрыть от него рассвет,
песчинка в джеллабе сделалась слишком колкой,
в воздухе витражами, вырезкой из газет,
миражи распадаются на осколки.
Ночью пески остынут и кристаллами льда
спящему вонзаются спицами в сжатые веки.
Утром оставшаяся вода
омоет лицо, обращенное точно к Мекке.
Джабраил улыбается с каждым рассветом смелей,
одинокий праведник растворится,
среди океана песка. Здесь четками дней
распоряжается огненная колесница.
Он прикрывает глаза от палящих лучей,
самум с бедуином ласков. Совсем не страшно.
Тень на песке. Одиночество горячей,
чем посреди пустыни забытая кем-то чаша.
Свидетельство о публикации №113050801142