Помереть от радости
так много – просто не поднять!
Носильщик жаждет сделать ноги
и поминает чью-то мать.
С полотен дружно исчезают
ослы, верблюды и слоны,
а оборзевшая борзая
лежит, не чувствуя вины.
Ей неохота, не-о-хо-та
ни заливаться, ни скулить.
Ведь радость – та еще работа:
не померев, не разделить!
Свидетельство о публикации №113022001729