Прозрение
В безмолвном небе ночь луну качала,
И ровно ничего не предвещало
Соединение конца с началом.
Конца безверия с началом
Того, что ждёт за ближним перевалом.
Задача формулировалась четко:
Подняться в горы. Ну, а дальше что там?
Предчувствие тревожно рисовало
Соединение конца с началом;
Конца тревожных дум с началом
Того, что ждёт за ближним перевалом.
Я шел на ощупь, ночь была к концу,
Поднялся месяц к своему венцу,
Погасли на краю небес пожары,
Что разожгли бездушные Стожары.
Ища в пути желанного рассвета,
Я вглядывался в мир: ну, где там?!
И вот о чудо! На краю земли
Вдруг проступила чёрточка зари.
Иду наверх, а горизонт всё шире,
И я один, один в огромном мире,
И больше ничего, ни зависти, ни злости,
И начинаю понимать -- мы гости,
Безвольные рабы своих привычек
И мелочных обид, и зависти, и стычек
Добра и зла, промашки и удачи.
Удачливому радость, неудачник плачет.
Но вот она – желанная вершина;
Внизу – распластанная как ладонь, долина,
Вобравшая в себя все мелочные страсти,
А здесь покой, и я во власти
Бесстрастного, бескрайнего предела.
Освобождён от рабского удела
Раздваиваться, лгать и притворяться,
Не тем что есть, пытаясь показаться.
Не обделён ни зрением, ни слухом,
Я вглядываюсь в мир и припадаю ухом,
Стараюсь уловить теченье времени,
Бесчисленных миров взаимное кружение.
Кто создал этот мир реальный?
И кто его конструктор гениальный?
Кто тщательно всё за и против взвесил,
И на каких весах уравновесил?
В истоках бытия, в его течение,
Не вижу своего предназначения.
Я искра, уносимая во тьму,
Трепещущий листочек на ветру.
К чему стремлюсь? Куда лечу?
Где, наконец, колени преклоню?
Где успокоюсь я, сомнения изведав?
Везде одни вопросы без ответов.
Но через все вопросы и сомнения
Приходит яркой вспышкой озарение:
Что всё вокруг и каждая травинка,
Нагроможденье скал и малая песчинка,
Звенящий ручеёк и гладь морская,
Безбрежный мир от края и до края,
Всеобщность бытия, его различия,
Деяния Творца, следы Его величия.
Безбрежен мир Творца, а мы в нём гости,
Отображения на комплексную плоскость.
Реальны наши кровь и плоть, и кости;
Всё остальное мнимо – игры в чёт и нечет,
Выигрывает чаще тот, кто мечет.
Мы заняты своей игрой как дети,
Не замечаем ничего на свете,
Не дорожим любимыми, ни даже
Всевышним, что стоит на страже,
Кто судит и вершит деянья наши,
И кто даёт испить из полной чаши
Величие и радость перемен,
И горькое лекарство от измен.
В ничтожестве своем мы о других не
мыслим,
Великими себя лишь в этом мире числим,
Но Он один велик, непостижим,
Он Дух Святой, он Бог-Отец и Сын, он
триедин,
Он волен и простить, и покарать,
На дно спустить и на небо поднять.
Пройдя свой путь, и радуясь, и маясь,
Мы все придём к нему, греша и каясь.
И я, пройдя свой путь, к Нему приду,
И в этот миг, наверное, пойму,
Что в Нём одном надежды свет, и что:
Лишь в Нём одном спасение моё.
Его решение приму, не заробею,
Лишь об одном покаюсь, пожалею,
Что с детства не приучен, не умею,
К Всевышнему взывать и мир воспринимать
Таким, каким он создан Святым Духом.
1999,
Казань
Свидетельство о публикации №112041600128