Девяносто первый
В аду заправили котлы дешёвой нефтью.
Запахло серой и смола связала ноги,
А сверху спущена булла - своих не трогать.
Вассалы проявили прыть, расправив спины.
Решили братья поделить оплот единый.
Стучали в грудь, крестясь, клялись: не ради чрева,
И всех направо повели дорогой левой.
Валюта бросилась в обвал, спасались сами -
Кто телом бойко торговал, кто огурцами.
Блестел калейдоскоп витрин палёной водкой,
Взрывался с шумом маргарин на сковородке.
Вода прорвала берега у речек млечных.
Мела словесная пурга…
Кончалась вечность.
Свидетельство о публикации №110021002982
Эфир плакал, стенал и плевался -
"Тысячи на Исакиевской, животом за свободу".
Я пришёл, посмотрел, посмеялся
За блёклыми плакатиками полсотни народу.
Три тёмных бородача под черной тряпкою,
Ага, анархисты за революцию.
Десяток мочалок с сутенёрским папкою,
За демократию и проституцию.
Несколько активистов, мальчиков мажоров,
Прозревших комсомольцев.
Ещё десяток в платках и головных уборах,
Новых богомольцев,
Сотня зевак наслаждаясь видом,
Употребляя и веселя.
Безумная старуха за словом "Фридом"
Стоит и мочится под себя
А эфир воет - баррикады борьбы,
С севера спецназ, с юга танки.
И как в семнадцатом - мы не рабы,
Мы за доллары, тряпки, банки.
Дмитрий Пивоваров Вик 21.09.2012 11:05 Заявить о нарушении