Письмо
Я долго не прислушивался к небу,
В чернильнице чернила испарились;
А белый лист белее ночи белой.
Нарушить белизну рукой несмелой
Не позволяла совесть, что была
Самой себе на удивление подмокшей
Подстать письму, которое, забыв отправить,
Вдруг обнаружишь в выстиранных брюках
И триста раз себя проклятьями осыплешь.
Мне скоро двадцать два, но не положен
В фундамент камень по проекту сновидений
И корни не присыпаны землей;
Я вслушиваюсь в небо напряженно,
Но слышу лишь жужжание пчелы
Да стрекот стрекозы неугомонной.
30 июня 1994 года.
Свидетельство о публикации №108121702189