Любовь иной раз как проклятье
Любовь иной раз как проклятье,
Что надо мной такая власть,
Моей подруги в том понятья,
Что возьмет вдруг возьмет мне и не «даст».
Еще по телефону учит,
За то, что сделал я не то,
То как в гестапо меня мучит,
Нравоученьями за то.
И пытка стягивает нервы,
И что ни слово – в теле гвоздь,
Так хочется ей крикнуть : «Стерва!»
Ответ такой так был бы прост…
Но ценностей переоценка,
Идет влюбви, что так цела
Той, кого помню пионеркой
И то, как мне тогда дала.
Ту стройность ног, тот полусумрак,
Меж бедер черное пятно,
И ощущенье, что не умер.
С тех пор всё юности полно.
И я держу в порядке нервы,
Напрягся так я как вопрос,
Хоть не дает она как стерва,
И так надменно вздернут нос.
Ах, только бы в тот миг не спятить
На то надеясь, что не слаб,
И слова каждого распятье
Я сдерживаю так как раб.
Я сдерживаю все обиды,
И проклиная, и любя,
Чтоб в полусумраке увидеть
Опять раздетою тебя.
А ты как худшее на свете,
Во мне прекрасное губя,
С злорадством шепчешь: «Только «это»,
Лишь «это» надо для тебя».
У ней ко мне нет снисхожденья,
А я, чтобы не пойти на сбой,
Шепчу я так как о прощенье:
«Но я же так ведь лишьс тобой…»
Мне б это рявкнуть во всю глотку –
Но мямлю так, что тишина.
И металлические нотки
Те, что использует она.
Была чтоб вольность исповедной
Мне молвит слово невзначай:
«Ну что с тобою делать? Ладно.
Пока я дома. Приезжай».
И обернулось все на свете,
Опять в волшебный полумрак,
В котором ты стоишь раздета,
Хотя и непреклонна так.
О, как она в тот миг белеет,
Когда я ею так болею.
Что рядом с нею только миг
А я же сдержан так как крик.
Как волоски её чернеют,,
Что хочется так снова жить,
Когда вхожу я телом в тело,
И в звездах целый мир стоит.
И что-то говорят мне звезды,
На перекрестье всех дорог,
Когда все в жизни ясно, просто,,
И ощущенье, что есть Бог.
Глядят так с неба крупно звезды,
Так ветер тих, так сладок воздух,
Что держит вечер у плетня
Меня, как девушка обняв.
Что вновь задумчив вечер лунный,
Что я живу так, как творю,
Дышу, как в этот вечер юный,
Сгорая, но все ж не сгорю.
А как поля в июне сухи,
Чтоб никогда не умереть,
И стебель, чтоб хватило духа
В губах, как жизнь всю, растереть.
Как звучен воздух, нет ошибки,
Что проведет смычком та ночь,
Так по душе, что словно скрипка,
Мир в сладких звуках превозмочь.
Качнулся в этом мире стебель
И близкое такое небо.
Что как бы стебель растереть,
Чтоб никогда не умереть.
В душе июнь тех женщин жадных,
Что так как поле встречи ждет.
Той женщины столь беспощадной,
Что мир весь перед ней замрет.
***
Свидетельство о публикации №108080401764