***
И кажется мне, что ожило оно,
Ожило и стало смеяться в глаза,
Как будто бы видит и слышит меня
И в тот же момент про себя я подумал,
Что это бревно с необычного дуба,
Что есть и характер в бревне, есть и чувства,
Что есть и глаза, что под маской не пусто
Меня это всё как игра забавляло,
Но вечер пришёл, и уж солнце устало
Светить мне в глаза, и пошёл я в кровать,
Забыв о бревне, да и надо уж спать
И ночью один лишь приснился мне сон:
Будто мудрый старик разговор вёл со мной,
Он мне говорил о моём том бревне,
Что не так уж всё просто в наивной игре
Старик говорил, что он в жизни своей,
Встречал и порочных, и мерзких людей,
Но больше всего он боялся не их –
– Боялся всю жизнь он людей “никаких”
Людей, у которых лицо, словно маска,
Одетая сверху древесной души,
Они, когда надо, исполнены ласки
И, если придётся,– суровы и злы
У них с каждым разом всё новые роли,
Всё новые маски одеты на них,
Их души и мысли безлики, безвольны,
А лица их, словно древесные пни
“Надеюсь, ты понял,– старик уж прощался,–
–Что я тебе этим хотел наказать:
Доверься ты лучше и злым, и порочным,
Безликим же людям не смей доверять…”
Я утром проснулся и вышел в мой сад,
Бревно там ещё продолжало стоять,
И маска вчерашняя там же осталась,
Она мне в глаза, как вчера, всё смеялась
Свидетельство о публикации №108071200764