Неодиссея
Дни разлук всегда лечили раны,
разгоняли несогласий тучи.
Солнышко ласкает спозаранок
только тех, чьи помыслы летучи,
чей рюкзак – волшебная котомка,
самолёт – ковёр из сказки славной,
кто уходит тихо, входит громко,
с розами в руке для самой главной,
самой нежной, иногда ершистой,
самой первой и уже последней,
той, что знает: пусть не Монте Кристо,
но не дон жуановый наследник.
И в который раз, укрыв за смехом
грусть - поди и сам не толстокожий -
я скажу ей:-«Ладно, я поехал...»,
а она в ответ:-«Будь осторожен...»
И, прижав, по попочке похлопав,
вдруг добавлю близостью балдея:
-«Не грусти, родная Пенелопа,
я же не потомок Одиссея».
Свидетельство о публикации №107021802110
Очень приятно сознавать, что бывают в жизни такие идиллии...
С теплом, Адела
Адела Василой 24.03.2008 00:47 Заявить о нарушении
А, может, потому эти качества так ценны, что редки?
Если бы все любили только жён, о чём бы писали поэты?
Анатолий Рабин 24.03.2008 20:45 Заявить о нарушении