Полёт
разбудят ветер, и он будет плакать
шуршаньем ткани, и слова «люблю»
растают в небе семенами мака –
из них взойдёт когда-нибудь, потом
кровавый отблеск стынущей зарницы,
и горизонт обнимет, как питон,
всю землю. Я смогу не удивиться
паренью в мире мокрых аксиом
о неизменных переменах. Влага
смешалась с ветром, и готов паром
для встречи с чудом. Росяная фляга
откупорит себя на изумруд дубрав,
и, приземлясь, чуть покачну планету,
кусочек неба ляжет у сентябрьских трав
в ногах, и я сверну его, как лето…
25 сентября 2004 г.
Свидетельство о публикации №104092800550