Море ушло
Пугающее зрелище – пустые суда, выбеленные по-прежнему соленым ветром, как причудливые черепа сказочных монстров. Черные провалы иллюминаторов. Зыбкие паучьи глазницы. И пробоины своими распахнутыми пастями взывают к тучам. Хрупкий борт. Стоит коснуться его, и весь корабль со вздохом рассеется в прах, освобожденный, наконец, от своих высохших снов. Снов о прежних бурях и свирепых штормах.
Еще дальше – целый караван серебряных испанских галеонов, щедро рассыпавших вокруг себя во все стороны свои горячие монеты, которые солнце лижет как леденцы. А за рыбацким баркасом полная рыбьих скелетов тянется сеть, как ветхая мантия за престарелым монархом. Выцветший флаг и кружевной парус – ловушка для чаек, все еще ищущих свое море.
Мачты, некогда вызолоченные, теперь уже совсем позабыли, что были они когда-то, в далекую пору, высокими лесными деревьями, и тянули к небу свои густые ветви, и сами тянулись изо всех своих могучих сил. Теперь обнес давно уже ветер всю их позолоту, посерели они, высохли и истончились. Покрылись сплошь длинными и глубокими трещинами, как старики морщинами, изогнулись, ссутулились и с каждым годом все явнее стали походить на дряхлых скупцов, что едва держась на дрожащих ногах, разводят слабые руки свои. Стремясь удержать вдруг разлетающееся во все стороны так тяжко накопленное богатство. Да только мелочь какая-то и остается, ухваченная ненароком. Все же остальное проносится мимо, и вот уже нет и следа от прежних сокровищ. Так и мачты эти, раскинули в стороны хрупкие реи, и треплется на них только истлевший лоскут паруса, с угодившим в него растрепанным птичьим пером.
А море ушло, взимать корабельную дань с других берегов.
Свидетельство о публикации №104091600137