Глава IX. Как на кладбище появился сортир
Пятнадцать лет с тех пор прошло.
Как прежде, пили
И потребляли порошок.
Ложились в наркодиспансер раз в год,
Раз в месяц садились на 15 суток.
Сироте уже 25 лет. И для других сирот
По всей Америке создал он сеть приютов.
Там дети, как рабы, пахали,
А за работу получали героин,
Им там почти кушать не давали,
Только в неделю раз один.
Мензовисхрисновзависит учится в школе,
В одиннадцатый уже класс перешла.
Столь длинное имя ей не по приколу,
«Исит» - вся её школа ей имя дала.
Ещё в первом классе она показала,
Что умнее любого из учителей,
Она во всех олимпиадах участие принимала.
У Исит было хобби – она любила коней.
В 6 лет девочке братиковы кости отрезали.
По началу она чувствовала себя одинокой.
Редко бывала он нетрезвая.
С котами она была жестока,
Как Полиграф Полиграфович Шариков –
Она их душила, душила, душила.
По ночам ей часто снились кошмарики,
Как мама её больно и сильно била.
Девушка выросла на диво красивой,
Умна, молода, жаль только, что сирота.
Раньше она убивалась пивом,
К тому же убиться хотела с моста.
Потом её страстью стал героин,
И счастье нашла она в убойной кислоте.
Потом она перешла на кокаин,
Потом плюнула, и стала посвящать время себе.
Забыла она про водку и наркоту,
Изредка с друзьями пила она пиво.
Друзья хвалили её красоту,
Она за это друзей своих била.
Правда, взяла и сходила на конкурс,
И стала наша Исит «Мисс Мира».
Она там показала фокус,
Спела песни, бёдрами покрутила.
Рассказала про всё что знала,
Вот почему конкурс затянулся на месяц,
Про лабораторию рассказала:
Учёных решено было повесить.
Она их сама вешала лично,
Она получила еще приз зрительских симпатий,
Она даже на бис кота задушила публично,
А потом долго, для кайфа, била его лопатой.
Девчонка на весь мир прославилась,
Увидели её по телику и сирота с неграми.
Всем троим она сразу понравилась,
Афанасий и Лука даже стали серыми.
Жаль, что её не видела мясница,
Кроме глаз у неё еще не стало рук,
Ей их отклевали курица.
Слепая девица использовала её как сук.
Как-то раз мясница в ужасе крикнула:
«Я ж на работу опаздываю!».
Тут Афанасий: «Ты чё, дура, пикнула?
Тут оставайся, тебе я приказываю!»
«Но, Афанасий! Уже ж десять часов,
А мне на работу надо ведь в семь».
«А кем ты работаешь?» - спросил сирота без слов.
«Мэром Нью-Йорка, мне рады все».
«Ха-ха-ха, ну ты и дура!
Уже десять мэров после тебя сменилось».
«Ах ты, сиротская шкура!
Давно мы тебя не били.
Ну-ка, Лука, давай ему врежем,
А то, вот, заврался совсем сирота!
Карманные деньги урежем».
«Милая, но это правда. Ты уволена».
«Ты что, с ума сошёл? Быть не может!
Я ж всё помню» - разоралась тётка.
«Да ты спятила, дура! О, боже!
Ты ж ослепла, рожая ребёнка!»
«А? Что? У меня был ребёнок?
Где ж тогда он? Позовите его!»
«Я пошутил, то был котёнок!»
«Шутки плохи, ты что, того?»
«Да не было у тебя ребёнка» -
Начал уверять её Лука.
Афанасий с ним согласился спросонок,
Вантузом вертя в руках.
«А насчёт мэра – это правда?»
«А ты либо совсем забыла??»
«О, нет! Сколько же мне лет?»
«Скоро сорок стукнет» - сирота объявила.
Мясница наша в обморок легла,
Её пришлось даже в больницу везти.
Бедная, она перенести не смогла
То, что бы следовало перенести.
Она думала, что прошла неделя,
А реально прошло восемнадцать лет.
Никто из врачей не брался за её дело.
Сколько от мяснице в больницы было бед.
Он облевала всё, поломала всё,
А потом слегла в палате своей.
Так и не смогла подняться до звёзд,
И звёзды не смогли опуститься к ней.
Перед смертью вспомнила слова братца:
«Послушай, дура, ты умрёшь!»
Она вспомнила все грехи, и ей захотелось обратно,
И справить всё, забыть про свою ложь.
Вот так со всеми пьяницами бывает.
И, наверняка, то же самое с неграми будет.
Умерла мясница. Память о ней растает.
О мэре таком не вспомнят люди.
Негры секунды уже не могут без наркоты,
Раз в неделю их забирают в морг.
Как-то раз они выбраться оттуда не смогли,
И смерть отдала им долг.
Когда всех троих хоронили,
Священник им пел «Чувакы, завываймо».
Сирота с мамашей пели и пили,
И покойники с гроба им подпевали.
Сирота увидал, что в могиле много ещё места,
И столкнул туда свою мамашу.
Могильщик так спешил, что забыли про крест, и
Через час на их могиле поставили парашу.
Сирота жил, пил за их упокой
И никак не мог забыть про «Мисс Мира».
Стал бесплатно задаривать детей наркотой,
За свой счёт поил детей в трактирах.
Часто пьяным приходил на братскую могилу,
Ну, точнее в сортир, чтобы отлить.
Часто он приходил, чтобы оставит им героина,
Водки и всякого дерьма, чтоб те могла жить.
Из детей, тех, что в наркопритонах сидят,
Создал сирота свой хор мальчиков,
А если не хочет петь кто из ребят,
То он натравливал на них собак, как на зайчиков.
А если у кого не получалось петь,
Того он до смерти лупил нагайкой.
Никто из ребят не хотел умереть,
Поэтому пели «Чувакы, завываймо».
To be continued…
Свидетельство о публикации №104080700021