ветер долго жонглировал мусором
Шавки дружно и шумно «шалили».
Их движенья, такие не вкусные,
Мне, о вкусах не спорь, говорили.
Дня балетная грация скомкана.
Вечер тонет фольгою фальцета
В луже грубых шумов. Незнакомая
Ночь моста разведённым пинцетом
Целит в бледный, испуганный Сириус.
«Нам ему не помочь, а ведь жалко» -
шепчут мне и жонглёр обессиленный
и порядком, уставшие шавки.
Свидетельство о публикации №103091800242