Моя душа провисла гамаком...
Упругим, не натянутым, как струны.
Моя душа запахла чесноком,
Как вся страна, опущенная в урны.
В те урны, где отбросам места нет,
Но там лежат себе и хнычут,
Уже истлевшие до косточек тела,
О том, что духи их доселе рыщут.
Мир сновидений по утру,
Мир сновидений в спячке дневной,
Я знаю точно – я умру,
От поисков тех злободневных.
Меня найдут, найдут мою семью,
И я приму удар единственный,
Качнусь, замру и упаду,
Как лист кленовый благоденственный.
Меня задует ветром, понесёт,
В полёте сильного порыва,
Я окажусь над урной вековой,
И это будет край обрыва…
Март, 2001 г.
Свидетельство о публикации №101061100372